12+  Свидетельство СМИ ЭЛ № ФС 77 - 70917
Лицензия на образовательную деятельность №0001058
Пользовательское соглашение     Контактная и правовая информация
 
Педагогическое сообщество
УРОК.РФУРОК
Материал опубликовала
Кудрявцева Татьяна Александровна391
учитель русского языка и литературы. Стаж - 21 год. Работаю заместителем директора. Занимаюсь экспериментальной деятельностью. Куратор федеральной инновационной площадки
Россия, Калининградская обл., Советск
3

"В добровольном изгнании"



«В добровольном изгнании».

Литературно-исторический салон, посвящённый жёнам декабристов

Предмет: литература
Класс: 10 класс

Форма урока:  литературная гостиная.

Цель: Выявить творческие способности обучающихся при «погружении» в атмосферу эпохи, вживании в образы.

Задачи:

-познакомить с самоотверженным подвигом жён декабристов через приём «проживания» ситуации;

-дать представление о тяготах и лишениях, выпавших на долю самоотверженных женщин;

-посредством технологии проведения гостиной дать возможность «погружения» в атмосферу эпохи, эмоционального подъёма;

-формирование навыков декламации и выразительного чтения наизусть прозаических и лирических текстов.

Планируемые результаты:

Предметные результаты: понимание связи литературных произведений с эпохой их написания, выявление заложенных в них вневременных, непреходящих нравственных ценностей и их современного звучания.

Метапредметные результаты: осознание значимости чтения и изучения классической литературы для развития; воспитание квалифицированного читателя со сформированным эстетическим вкусом; формирование умения осознанно использовать речевые средства в соответствии с задачей коммуникации для выражения своих чувств, мыслей и потребностей.

Личностные результаты: формирование представлений о творчестве как экзистенциональной ценности гуманизма.

Ожидаемые результаты:
Повышение мотивации и активности обучающихся при изучении эпических и лирических произведений. 
Формирование коммуникативной, информационной, социокультурной компетенции, собственной позиции учащихся.
Воспитание нравственно-духовных ценностей.

Приобретаемые навыки детей:
Когнитивные:

Умение использовать литературоведческие понятия: ритм, рифма, письмо, хроника.

Умение анализировать образы литературных героев, объяснять мотивировку их поступков через инсценирование, «проживание» ситуации;

Информационные:

Умение пользоваться литературными источниками;

Аналитические:

Знание элементов построения суждения;

Самостоятельное формулирование выводов по прочитанному.

Нравственный эффект урока предполагает:

формирование уважительного отношения к литературе;

формирование чувства личностного долга.

Формы организации работы детей на уроке:

чтение стихотворных и прозаических текстов наизусть.

Формы организации работы учителя:

сопровождение электронной презентацией;

привлечение учащихся к обсуждению особенностей лирических текстов;

осуществление контроля знаний учащихся.

Технологические особенности: 
- Технические условия: учебный кабинет или актовый зал, оборудованный мультимедийным комплексом, свечи, столы, оформление пространства в стиле литературного салона 19 века.
- Используемое оборудование:

мультимедийный проектор

компьютер

экран

электронная презентация по теме «В добровольном изгнании»

раздаточный материал для учащихся.

Ход гостиной:

Тюрьма мне в честь, не в укоризну,

За дело правое я в ней,

И мне ль стыдиться сих цепей,

Коли ношу их за Отчизну.

К.Ф. Рылеев

(М.Н. Волконская)

Я самая счастливая из женщин… (А.Г. Муравьёва)

Спасибо женщинам: они дадут несколько прекрасных строк нашей истории

(П.А. Вяземский)

Какие героини? Это поэты из нас героинь сделали, а мы просто поехали за нашими мужьями.

(А.И. Давыдова)

И не стыдно ли было бы нам падать духом, когда слабые женщины возвысились - до прекрасного идеала геройства и самоотвержения? Поистине, когда я думаю об этом, я проникаюсь чистым и умиротворяющим душу восторгом. Это освежает мой дух и примиряет с человеческим родом, подчас таким надменным и низким.

А. А. Бестужев

Ф. М. Достоевский писал: «Они бросили все: знатность, богатство, связи и родных, всем пожертвовали для высочайшего нравственного долга, какой только может быть. Ни в чем не повинные, они в долгие двадцать пять лет перенесли все, что перенесли их осужденные мужья…»

Вступительное слово учителя о годовщине (...) восстания декабристов, о целях мероприятия.

2.Вступление о жёнах декабристов (под звуки вальса)

Жены декабристов… Их было одиннадцать, этих героических жен. Вместе с мужьями они прошли тяжкий путь каторги и ссылки – десятилетия борьбы и страданий, от Нерчинских рудников до могилы.

В ожидании суда декабристы провели в Петропавловской крепости 7 долгих месяцев. Николай I сам был тюремщиком, следователем и судьёю декабристов.

Он продиктовал приговор, по которому 13 июля 1826 года повешены были 5 декабристов, а остальные 120 отправлены на каторгу и в ссылку.

21 июля 1826 года из Петропавловской крепости на четырех подводах в сопровождении фельдъегерей и жандармов была отправлена в Сибирь первые 8 декабристов. Их направили в Нарчинские рудники – самое страшное место царской каторги.

И уже на другой день, 24 июля, одна за другой начали выезжать в Сибирь, вслед за мужьями, жёны декабристов.

Кто же были они, эти одиннадцать женщин, столь разные по складу своих характеров, сумевшие в новых и чуждых им условиях удивительно дополнить друг друга? «Во глубине сибирских руд», в читинском остроге, в тюремных казематах Петровского завода и в ссылке вселявшие надежду, будившие в декабристах «бодрость» и «веселье».

Исполняется романс «Я встретил вас…» (Ф.И. Тютчева)

Монолог Е.И. Трубецкой

(под «Аве Мария» в исполнении Марины Капуро)

- после слов «…допрашивал сам император…»

Мой муж С.П. Трубецкой в ночь с 14 на 15 декабря 1825 был арестован по подозрению в организации восстания и доставлен во дворец, где его с особым пристрастием допрашивал сам император.

С этого момента по июль следующего года мой муж находился в заключении в Петропавловской крепости. 23 июля его и ещё семерых декабристов отправили в Нерчинские рудники.

На следующий день я выехала в Сибирь вслед за моим мужем из великолепного особняка на Английской набережной. Мне было 26 лет. Я, выросшая в богатстве и роскоши аристократка, даже отдаленно не представляла себе, что ждет ее в этом краю отверженных. В далекий сибирский путь меня со слезами на глазах провожал отец- граф Лаваль: «Увидимся ли вновь?» - спросил он. Я не плакала, старалась утешить отца, просила прощения, говорила, что мой долг - быть с мужем в тяжелые для него дни.

Карета тронулась по набережной Невы. Быстро промелькнула Сенатская площадь, памятник Петру I и Зимний дворец, где я не раз танцевала на придворных балах. На другом берегу – силуэт Петропавловской крепости, откуда только что увезли на каторгу моего мужа. Начался долгий и томительный путь. По этому бескрайнему тракту длинной цепью, звеня кандалами, холодные и голодные, шли в Сибирь партией арестантов и каторжников. Чтобы скрасить тяжесть пути, они пели песни. Это были печальные, трогательные, надрывные песни, которые сложил русский народ.

Трудные месяцы пути тысячи и тысячи километров. Порою без остановки день и ночь, когда не видно ни зги, когда воет метель и стонет, кажется, сердце. Порою за сутки, не выходя из кибитки, успевали выпить лишь стакан чая с куском хлеба. А когда были короткие остановки – угрозы царских чиновников, требование немедленно вернуться.

Кони мчали нас на восток по Сибирскому тракту, по самой большой дороге в мире.

В Иркутске мне пришлось задержаться, т.к. губернатор Цейдлер делал все возможное и невозможное, чтобы отрезать путь для дальнейшего следования к мужьям и заставить вернуться.

Была угроза: жить в общих казармах, где живёт 500 каторжников. Мой ответ – согласна пожизненно считаться женой каторжника, делить с ним участь, лишаясь всех титулов и званий, имущественных и наследственных прав, даже после смерти мужа оставаться в Сибири. Мой ответ: согласна.

- Никогда не встретиться со своими оставшимися детьми, а тех, кто родится в Сибири, отдать в казённые крестьяне… Мой ответ – согласна.

- Будучи женой государственного преступника терпеть любые оскорбления, даже насильственные, не требуя защиты… Мой ответ – согласна.

Я согласилась на все ультиматумы, подписала все отречения. Но шли недели, а губернатор не принимал меня, ссылаясь на болезнь.

Каждый день я шла к его дворцу и обратно, ничего не добившись, уставшая, но не сломленная. А там, в рудниках, на каторге, ждал Сергей, уже не веря быть может…

Наконец, видя мою непреклонную решимость, губернатор разрешил мне ехать в Сибирь к мужу в собственном экипаже.

19 января 1827 года я выехала в Благодатский рудник, где в двенадцати верстах от Большого Нерчинского завода находился ее муж. Я увидела его впервые сквозь окружавший тюрьму тын, в кандалах, в грязном, подпоясанном веревкой тулупчике, обросшего бородою. Вид его потряс меня, я лишилась сознания.

По приезду я сняла маленький домик за 3 р. 50 коп. в месяц с дровами и водой. Мне даже трудно было представить, что люди вообще могут жить в таких жалких жилищах.

Чуть позже ко мне приехала Волконская.

Я, будучи избалованной аристократкой, привыкшей к изысканной кухне, вынуждена была сидеть на черном хлебе с квасом.

В Благодатском руднике я ходила в истрёпанных башмаках и отморозила себе ноги, т.к. тёплых сшила шапочку товарищу мужа.

Так мы прожили с Волконской 7 месяцев.

После чего правительство решило соединить всех декабристов в Читинском остроге. Там мы поселились в крестьянских избах, сами выполняли работу, о которой раньше не имели и представления.

Свидания с мужьями разрешались по часу 2 раза в неделю в присутствии офицера. Эти дни были для нас настоящими праздниками.

В 1830 г. для каторжников устроили ещё одну тюрьму – в петровском заводе.

По нашей настоятельной просьбе нам разрешили жить вместе с мужьями в казармах. Эта жизнь от свидания к свиданию слишком дорого нам стала, чтобы снова к ней возвращаться.

Я жила в очень маленькой комнате с одним окном. Здесь было так темно, что в полдень ничего не было видно без свечей. В стенах кругом были щели, отовсюду дуло и была ужасная сырость.

Уже в Сибири я сделалась матерью 3 дочерей и сына. Когда дети выросли и стали нуждаться в научном образовании, я не жалела средств на приискание хорошей гувернантки, но всех пугала отдалённая Сибирь.

Наконец, нашлась одна достойная женщина, которая взяла на себя эту обязанность и добросовестно исполнила её, воспитав умственно морально и телесно всех моих детей.

Рассказ С.Трубецкого (из дневник. записей)

Царь принял в беседе со мной такой дружеский и ласковый тон, что я поверил ему.

— Что было в этой голове,— сказал Николай, тыча пальцем мне в лоб,— когда вы, с вашим именем, с вашей фамилией, вошли в такое дело!.. Князь Трубецкой! Гвардии полковник!.. Какая милая жена! Вы погубили жену!.. У вас есть дети? Нет? Это ваше счастье, ваша участь будет ужасна! Ужасна!..

Царь подвел меня к столу, подал листок бумаги и сказал:

— Пишите вашей жене! Я сел. Царь стоял.

«Друг мой, будь спокойна и молись...» — начал я писать.

Царь прочитал мои строки и прервал письмо.

— Что тут много писать! Напишите только: я буду жив и здоров,— сказал Николай.

Я написал: «Государь стоит возле меня и велит написать, что я жив и здоров» и подал царю листок. Тот в гневе предъявил мне ложные показания, прибег к угрозам очных ставок, уверял, что мой преданный друг во всем признался и требовал поставить подпись под показаниями. Я не поставил свою подпись. Царь крикнул: «Вы думаете, что вас расстреляют, что вы будете интересны. Нет, я вас в крепости сгною!..» Потом позвал конвоира, и меня увели.

Пока я был на допросе, исчезла моя шуба. Мне дали какую-то чужую шинель на вате и увезли в Петропавловскую крепость с запиской царя:

«Трубецкого, при сем присылаемого, посадить в Алексеевский равелин. За ним всех строже смотреть; особенно не позволять никуда не выходить и ни с кем не видеться».

- после слов «… быть с мужем в тяжёлые для него дни…»

стихотворение Е. Баратнынского «Разлука»

РАЗЛУКА

Расстались мы; на миг очарованьем,

На краткий миг была мне жизнь моя;

Словам любви внимать не буду я,

Не буду я дышать любви дыханьем!

Я всё имел, лишился вдруг всего;

Лишь начал сон... исчезло сновиденье!

Одно теперь унылое смущенье

Осталось мне от счастья моего.

- после слов: «…свидания были очень короткими…»

стихотворение Н.Рылеева «Ты посетить, мой друг, желала…»

К N. N.

Ты посетить, мой друг, желала

Уединённый угол мой,

Когда душа изнемогала

В борьбе с болезнью роковой.

Твой милый взор, - твой взор волшебный

Хотел страдальца оживить,

Хотела ты покой целебный

В взволнованную душу влить.

Твоё отрадное участье,

Твоё вниманье, милый друг,

Мне снова возвращают счастье

И исцеляют мой недуг.

Я не хочу любви твоей,

Я не могу её присвоить;

Я отвечать не в силах ей,

Моя душа твоей не стоит.

Полна душа твоя всегда

Одних прекрасных ощущений,

Ты бурных чувств моих чужда,

Чужда моих суровых мнений.

Прощаешь ты врагам своим -

Я не знаком с сим чувством нежным

И оскорбителям моим

Плачу отмщеньем неизбежным.

Лишь временно кажусь я слаб,

Движеньями души владею;

Не христианин и не раб,

Прощать обид я не умею.

Мне не любовь твоя нужна,

Занятья нужны мне иные:

Отрадна мне одна война,

Одни тревоги боевые.

Любовь никак нейдёт на ум:

Увы! моя отчизна страждет, -

Душа в волненьи тяжких дум

Теперь одной свободы жаждет.

- после слов: «…обросшего бородой…»

стихотворение П.Ф. Якубовича «Здесь наконец ты, родная, - со мной!.. Горы да горы... Под снегом поляны... Море холмов под волшебной луной... Друг мой! не волны ли то великаны!!!

Звучит старинный вальс, постепенно затихая…

Стихотворение А.И. Одоевского «Кн. М.Н. Волконской»

Кн. М. Н. Волконской

Был край, слезам и скорби посвященный,

Восточный край, где розовых зарей

Луч радостный, на небе том рожденный,

Не услаждал страдальческих очей;

Где душен был и воздух вечно ясный,

И узникам кров светлый докучал,

И весь обзор, обширный и прекрасный,

Мучительно на волю вызывал.

Вдруг ангелы с лазури низлетели

С отрадою к страдальцам той страны,

Но прежде свой небесный дух одели

В прозрачные земные пелены.

И вестники благие провиденья

Явилися, как дочери земли,

И узникам, с улыбкой утешенья,

Любовь и мир душевный принесли.

И каждый день садились у ограды,

И сквозь нее небесные уста

По капле им точили мед отрады...

С тех пор лились в темнице дни, лета;

В затворниках печали все уснули,

И лишь они страшились одного,

Чтоб ангелы на небо не вспорхнули,

Не сбросили покрова своего.

25 декабря 1829, Чита

3.Монолог М.Н. Волконской

Я, Мария Николаевна Волконская, 19-летней девушкой покорно, по воле отца, выхожу замуж за князя Волконского: уже немолодого, некрасивого, но весьма статного и богатого. Участник 58 сражений, имевший множество орденов и медалей, он получил чин генерал-майора за боевые отличия в 24 года. Уже до свадьбы я сумела испытать силу своей красоты и своего обаяния. Мною был увлечён Пушкин, ко мне сватался польский граф и революционер Олизар. Оказавшись женой генерала, я по существу не успела даже как следует узнать его до ареста в январе 1826 года, так же, как почти совсем не знала после свадьбы. В 1-ый год мы прожили вместе не более 3-х месяцев, тяжёдые роды, двухмесячная горячка, вначале полная неизвестность, а потом сообщение об аресте мужа. Решение о моём отъезде было первым проявлением моего данного богом характера. Я восстала не только против всего окружения, но прежде против себя самой, своей дочерней покорности и послушания, привитых мне с детства. Моё решение отправиться к мужу на каторгу вызвало в семье бурю. Против меня восстали отец, мать, братья. Но моё решение было твердым, и отцу пришлось смириться с этим. Он благословил меня и напутствовал: «Снег идет… Путь тебе добрый, благополучный – молю бога за тебя, жертву невинную, да утешит твою душу, да укрепит твое сердце». И заложила свои бриллианты, заплатила некоторые долги мужа и написала письмо государю, прося разрешение следовать за мужем.

В конце декабря 1826 года я из своего дома на Набережной Мойки,12 выехала к мужу в Благодатский рудник. В Москве я остановилась у своей невестки Зинаиды Николаевны Волконской, она приняла меня с нежностью, окружила вниманием. Зная мою страсть к музыке, она пригласила меня к себе в дом, бывших тогда в Москве, итальянских певцов. В дороге я очень сильно простудилась и совершенно потеряла голос, а пели именно те вещи, которые я очень хорошо знала; меня мучила невозможность принять участие в пении. Я говорила им: «Ещё, ещё спойте, ведь я больше никогда не услышу музыки.» На этом вечере присутствовал и Пушкин, он прочитал мне своё послание «Во глубине сибирских руд…».

- Вы, пожалуй, не поверите мне – говорил он, - если скажу, что завидую вам, княгиня. Впереди вас ждет жизнь, полная лишений, но и полная самопожертвования, подвигов. Вы бкдете жить среди лучших людей нашего времени, в то время, как мы…

Из Москвы я выехала 27 декабря 1826 г. А 11 февраля добралась до Благодатского рудника. Трубецкая приехала сюда первой, а я – следом за ней. В Благодатском руднике я поселилась в 1 доме с Каташей и на др. утро отправилась отыскивать мужа. Узнала, что он находится в руднике, спустилась туда, но там его не нашла. Встретилась с ним в тюрьме. Я не знала, что он был закован в кандалы, и когда увидела его, была так потрясена, что бросилась перед ним на колени, сначала поцеловала его кандалы, а потом и его самого. Первое время нашего изгнания я думала, что оно кончится через 5 лет, затем уверяла, что это кончится через 10 лет, потом через 15, но после 25 лет, я перестала ждать. Я просила у Бога только одного: чтобы он вывел из Сибири моих детей. Мы сумели быть веселы и даже счастливы в изгнании. В тяжких и суровых условиях каторги мы с Трубецкой начали налаживать свою новую жизнь. Каташа привезла с собой поваренную книгу. Мы первый раз в жизни готовили и отправляли в тюрьму супы и кашу. Дважды в неделю в присутствии охраны мы с Трубецкой имели право посещать в тюрьме своих мужей.

1 июля 1830 г. у меня родилась дочь Софья. Похоронив девочку, я писала родным: «Во всей окружающей меня природе одно только мне родное – трава на могиле моего ребенка».

Всю свою любовь и внимание я отдала родившимся позже сыну Михаилу и дочери Елене.

- после слов «… совсем не знала свадьбы…»

вновь нарастают звуки вальса, звучат всё громче, громче – приглашение на танец, пара кружится по салону.

- после монолога

стихотворение И.П. Мятлева «Как хороши, как свежи были розы…»

Как хороши, как све́жи были розы

В моём саду! Как взор прельщали мой!

Как я молил весенние морозы

Не трогать их холодною рукой!

Как я берёг, как я лелеял младость

Моих цветов заветных, дорогих;

Казалось мне, в них расцветала радость,

Казалось мне, любовь дышала в них.

Но в мире мне явилась дева рая,

Прелестная, как ангел красоты,

Венка из роз искала молодая,

И я сорвал заветные цветы.

И мне в венке цветы ещё казались

На радостном челе́ красивее, свежей,

Как хорошо, как мило соплетались

С душистою волной каштановых кудрей!

И заодно они цвели с деви́цей!

Среди подруг, средь плясок и пиров,

В венке из роз она была царицей,

Вокруг её вили́сь и радость и любовь.

В её очах — веселье, жизни пла́мень;

Ей счастье долгое сулил, казалось, рок.

И где ж она?.. В погосте белый камень,

На камне — роз моих завянувший венок.

4.Рассказ о судьбе М.Волконской

Тяжелы были годы жизни декабристов и их жен на каторге и в ссылке. Все они тосковали по своим оставшимся на родине детям. Мать и братья Волконской до конца дней не простили ей отъезда к мужу. В письмах из Петербурга на каторгу они часто жаловались на разные житейские невзгоды.

В своих ответных письмах Волконская умоляет возможно чаще писать ей об оставшемся в Петербурге у бабушки сыне Николеньке, её первенце. Но мальчик 17 января 1828 года неожиданно скончался.

Вскоре после смерти сына Волконскую постиг ещё один тяжёлый удар: 14 сентября 1829 года скончался отец её, Николай Николаевич Раевский.

Нежную любовь к дочери Раевский сохранил до последнего часа. Умирая, окруженный семьей, он сказал, глядя на портрет Марии Николаевны:

- Вот одна из наиболее удивительных женщин, какую я когда-либо знал…

стихотворение Жуковского «К ней»

Имя где для тебя?

Не сильно смертных искусство

Выразить прелесть твою!

Лиры нет для тебя!

Что песни? Отзыв неверный

Поздней молвы о тебе!

Если б сердце могло быть

Им слышно, каждое чувство

Было бы гимном тебе!

Прелесть жизни твоей,

Сей образ чистый, священный,-

В сердце - как тайну ношу.

Я могу лишь любить,

Сказать же, как ты любима,

Может лишь вечность одна!

Звучит старинный вальс.

Стихотворение А.С.Пушкина

«Во глубине сибирских руд…»

Во глубине сибирских руд

Храните гордое терпенье,

Не пропадет ваш скорбный труд

И дум высокое стремленье.

 

Несчастью верная сестра,

Надежда в мрачном подземелье

Разбудит бодрость и веселье,

Придет желанная пора:

 

Любовь и дружество до вас

Дойдут сквозь мрачные затворы,

Как в ваши каторжные норы

Доходит мой свободный глас.

 

Оковы тяжкие падут,

Темницы рухнут - и свобода

Вас примет радостно у входа,

И братья меч вам отдадут.

Я, Александра Григорьевна Муравьёва, обязуюсь иметь свидание с мужем моим не иначе как в арестантской палате, где указано будет, в назначенное для того время и в присутствии дежурного офицера; не говорить с ним ничего излишнего иначе чего-либо не принадлежащего, вообще же иметь с ним дозволенный разговор на одном русском языке».

«Мне было только 20».

Графиня, дочь несметно богатых родителей, золотоволосая красавица, воспитанная, образованная, обладающая тонкостью вкуса и суждения, я, казалось, родилась для счастья и для того, чтобы одарять им всех, на ком остановлю взор свой.

- после слов «…я…казалось, родилась для счастья…»

стихотворение А.К. Толстого

«Средь шумного бала»

Средь шумного бала, случайно,

В тревоге мирской суеты,

Тебя я увидел, но тайна

Твои покрывала черты.

Лишь очи печально глядели,

А голос так дивно звучал,

Как звон отдаленной свирели,

Как моря играющий вал.

Мне стан твой понравился тонкий

И весь твой задумчивый вид,

А смех твой, и грустный и звонкий,

С тех пор в моем сердце звучит.

В часы одинокие ночи

Люблю я, усталый, прилечь -

Я вижу печальные очи,

Я слышу веселую речь;

И грустно я так засыпаю,

И в грезах неведомых сплю...

Люблю ли тебя - я не знаю,

Но кажется мне, что люблю!

С первой минуты, как увидела я Никиту Муравьёва, с первого нашего свидания и с первого поцелуя хранила я в сердце удивительное ощущение непроходящей влюбленности, которую не поубавили ни разлуки, связанные с его военной судьбой, ни несколько лет совместной жизни, ни дети. В моем сердце текли две реки – всё та же река нежности, чистая и солнечная, и взвихренная, темная река тревоги, страха, неизвестности.

- после слов «…река тревоги, страха, неизвестности…»

стихотворение И.Бунина

«Беру твою руку и долго смотрю на неё…»

* * *

 

Беру твою руку и долго смотрю на нее,

Ты в сладкой истоме глаза поднимаешь несмело:

Вот в этой руке - все твое бытие,

Я всю тебя чувствую - душу и тело.

 

Что надо еще? Возможно ль блаженнее быть?

Но ангел мятежный, весь буря и пламя,

Летящий над миром, чтоб смертною страстью губить,

Уж мчится над нами!

Никиту взяли в далеком нашем Орловском имении. Я была поражена, онемела. Муж упал передо мной на колени, стал объяснять своё участие в заговоре, и фельдъегерь, как черный ангел, увел его по аллее, к воротам, к дороге, на которой лениво отфыркивались лошади, тройкой запряженные в казенную карету.

- раздается звон колокольчика.

- после слов «…лошади, тройкой запряженные в казенную карету…»

- исполнение романса «Однозвучно гремит колокольчик…» (Марина Капуро)

25 декабря, через 11 дней после возмущения на Сенатской, Никита был заключен в Петропавловскую крепость.

Оставив детей на руках у родственников, я выехала в Петербург вслед за мужем.

В Петербурге мне открылось всё: и подробности 14 декабря, и участие в заговоре Никиты, и то, что он и его брат Александр, двоюродный – Михаил Лунин и троюродные братья Никиты Муравьевы-Апостолы, а также мой брат Захар Григорьевич Чернышев и двоюродный – Фёдор Вадховский тоже взяты, заключены в крепости, отвечают на вопросы следственный комиссии и судьба их ожидает немилосердная.

Никита был растерян, он писал ко мне из крепости, его письмо было полно раскаяния. Вот его письмо:

- после слов «… Вот его письмо…»

письмо Н.Муравьёва жене.

«Мой добрый друг, помнишь ли ты, как при моем отъезде говорила мне, что можно ли опасаться, не сделав ничего плохого? Этот вопрос тогда пронзил мне сердце, и я не ответил на него. Увы! Да, мой ангел, я виновен перед тобой, столько раз умолявшей меня не иметь никаких тайн от тебя…

Сколько раз с момента нашей женитьбы я хотел раскрыть тебе эту роковую тайну…

Я причинил горе тебе и всей твоей семье. Мой ангел, я падаю к твоим ногам, прости меня. Во всем мире у меня остались только мать и ты. Молись за меня богу: твоя душа чиста, и ты сможешь вернуть мне благосклонность неба». (мужчина читает).

Это письмо было для меня ударом грома. Он преступник. Он виновный! Это не умещается в моей бедной голове. Но мне нечего ему прощать, я знала, что всё вынесу. Я самая счастливая из женщин. Я отправила ему свой портрет в крепость, это поддерживало его в минуты подавленности. (Никитин)

- после слов «… я отправила ему свой портрет…»

стихотворение И.С. Никитина

«Как мне легко, как счастлив в тот миг…»

Как мне легко, как счастлив я в тот миг,

Когда, мой друг, речам твоим внимаю

И кроткую любовь в очах твоих,

Задумчивый, внимательно читаю!

Тогда молчит тоска в моей груди

И нет в уме холодной укоризны.

Не правда ли, мгновения любви

Есть лучшие мгновенья нашей жизни!

Зато, когда один я остаюсь

И о судьбе грядущей размышляю,

Как глубоко я грусти предаюсь,

Как много слез безмолвно проливаю!

С большим трудом удалось добиться свидания. Боже! Как это было тяжело. Увидев его в странной, тюремной одежде, с кандалами, с нездоровым цветом лица, я пришла в отчаяние от безнадежности, безвозвратности прошедшего. но в то же время во мне росла вера в мужа. Это чувство помогло мне принять решение и преодолеть все преграды. И я была счастлива, когда, провожая мужа в Сибирь, смогла сказать ему:

- Я люблю тебя, Ника. Я – следом за тобой. Слышишь? Я – следом за тобой!

(Исполняется романс «Утро туманное, утро седое…»)

Я поехала за мужем в Сибирь, выдержала всё: и подписание «отречений», и заигрывание, а затем резкое охлаждение губернатора, и обыск…

Больше всего боялась, что найду стихи Пушкина, его послание друзьям в Сибирь.

Разрешение на поездку добилась с болью оторвала я от сердца детей, уже ощущая стену вечности между собой и малютками.

С подругами по изгнанию с первой встречи подружилась, мы тотчас разменялись прозвищами. Нарышкину называли Лизхен, Трубецкую – Каташей, Фонвизину – Визинькой, а меня – Мурашкой.

Вместе с Никитой томились в Читинской тюрьме и его брат Александр и мой родной брат Захар Чернышов.

Но видеться мне с братом было запрещено. Только перед отъездом брата из Забайкалья, он выходил на поселенье – нам разрешено было повидаться. «Но трудно сказать, было ли это хорошо для меня или плохо, так как мысль, что я, быть может, никогда больше его не увижу, сделала для меня свидание очень мучительным».

Как было мне больно видеть мужа мимолётно, когда его ведут на работу, а я выходила пораньше открывать ставни, я специально поселила в доме против тюрьмы, дорожа каждым таким отпущенным судьбой мгновением, а ещё больней – думать о детях, покинутых вдалеке.

Горестные предчувствия меня не обманули. Через год после моего отъезда умер мой единственный сын, а дочери, лишенные материнских забот, обе тяжело заболели. Одна умерла совсем юной, а другая не вынесла тяжелого горя, висевшего над осиротевшим домом, почти монашеского затворничества с ослепшей, убитой горем бабки, тоски и постоянного ожидания свидания с матерью, «сошла с ума».

Но никогда, ни единым словом не проговорилась я мужу о своем горе.

Но, не зная ещё об этом, а лишь предчувствуя беду, я была счастлива, получив портреты своих малюток маслом, в полный рост. «В первый день я не могла оторвать от них глаз, но потом отдала портреты мужу.

- после слов «…Я – следом за тобой!

М.П. Пойгин исполняет романс

«Не уходи, побудь со мною…»

-после слов «…но потом отдала портреты мужу…»

исполняется романс «Не пробуждай воспоминаний…» (неизв.автор)

Постепенно жизнь в Читинском остроге стабилизировалась. Теперь ко мне присоединились Нарышкина, Ентальцева, с Благодатского рудника прибыли Волконская, Трубецкая. Росла наша Дамская улица, легче стало переносить невзгоды.

Через некоторое время нас перевели в Петровский завод.

Условия там в тысячу раз худшие, чем в Чите. Но нам, слава богу, разрешено там быть вместе с нашими мужьями.

Мне удалось, получив тайком деньги от свекрови, выстроить себе дом вблизи тюрьмы.

Никитушка занемог гнилой горячкой, я день и ночь была неотлучно при нём, предоставив на произвол судьбы маленькую мою дочь Нонушку, которую любила страстно и за жизнь которой беспрестанно спасалась. И в конце концов мужу позволили на время болезни перейти из каземата в мой дом.

Вскоре я должна была рожать, роды были тяжелыми, дочка, нареченная Олей, умерла. Мне было очень тяжело, я не могла шагу ступить из своей комнаты, чтобы не увидеть могилку Оленьки. Церковь стояла на горе, и её отовсюду было видно, и взгляд невольно постоянно обращается в ту сторону. (Якубович)

Я сильно постарела, у меня столько седых волос! А ведь мне всего 27 лет. (С.А. Сафонов «Это было давно…»)

-после слов «…А ведь мне всего 27 лет!..»

стихотворения С.А.Сафонова «Это было давно…»

- после монолога («…есть дом, где скоро будут плакать!»)

Я сделалась серьёзно больна.

Господин Вольф не выходит из моей комнаты, он делает всё, чтобы спасти меня, но господь, думаю, судит иначе.

По семейным преданиям, пожары – это недоброе предзнаменование. Во время моей болезни у нас загорелась баня, пожар был потушен, но осталось тягостное впечатление. Потом в моей комнате загорелся абажур на свечке. «Видно, скоро конец».

Наталья Дмитриевна Фонвизина недавно родила сына. «Я знаю дом, где скоро будут плакать!» (Неизвестный автор. «Не пробуждай воспоминаний»)

- стихотворение Ф.И. Тютчева

«Последняя любовь»

О, как на склоне наших лет

Нежней мы любим и суеверней...

Сияй, сияй, прощальный свет

Любви последней, зари вечерней!

Полнеба обхватила тень,

Лишь там, на западе, бродит сиянье,-

Помедли, помедли, вечерний день,

Продлись, продлись, очарованье.

Пускай скудеет в жилах кровь,

Но в сердце не скудеет нежность...

О ты, последняя любовь!

Ты и блаженство и безнадежность.

- исполняется романс «Гори, гори, моя звезда…»

(В.П.Чуевский)

6. Рассказ о смерти А.Г. Муравьевой

22 ноября 1832 в Петровском заводе умерла 28-летняя жена Н.Муравьёва, Александра Григорьевна. Возвращаясь поздно вечером из тюрьмы в легкой одежде, она простудилась и слегла. Три месяца Муравьёва тяжело болела, и видно было, что жизнь её с каждым днём угасает. Болезнь она переносила безропотно. Дни и ночи у постели больной дежурили друзья. В последние минуты Александра Грирорьевна продиктовала прощальные письма к родным, простилась с Александром Муравьёвым, братом мужа, и с друзьями, подарила каждому из них что-то на память.

Просила не говорить о ней, сокрушалась только о своем муже Никитушке и родившейся на каторге дочери Нонушке. В последнюю ночь продиктовала Трубецкой письмо к сестре – просила позаботиться о муже и дочери.

Умирая, она попросила принести ей Нонушку, но та спала, и она поцеловала вместо девочки её куклу.

- Ну вот, я как будто Нонушку поцеловала… - тихо сказала она.

Муж Муравьёвой поставил над ее могилой каменную часовню с неугасимой лампадой над входом.

Когда в Петербурге узнали о ранней смерти Муравьёвой, всем женам декабристов разрешено было ежедневно видеться со своими мужьями у себя дома.

 

стихотворение Языкова «Элегия»

Толпа ли девочек крикливая, живая,

На фабрику сучить сигары поспешая,

Шумит по улице; иль добрый наш сосед,

Окончив чтение сегодняшних газет,

Уже глядит в окно и тихо созерцает,

Как близ него кузнец подковы подшивает

Корове иль ослу; иль пара дюжих псов

Тележку, полную капусты иль бобов,

Тащит по мостовой, работая всей силой;

Служанка ль, красота, развившаяся мило,

Склонилась над ведром, готова мыть крыльцо,

А холод между тем румянит ей лицо,

А ветреный зефир заигрывает с нею,

Теребит с плеч платок и раскрывает шею,

Прельщенный пышностью живых лилей и роз;

Повозник ли, бичом пощелкивая, воз

Высокий, громоздкой и длинный-передлинный,

Где несколько семей под крышкою холстинной,

Разнобоярщина из многих стран и мест,

Нашли себе весьма удобный переезд,

Свой полновесный воз к гостинице подводит,

И сам почтенный Диц встречать его выходит,

И "Золотой Сарай" хлопочет и звонит;

Иль вдруг вся улица народом закипит:

Торжественно идет музыка боевая,

За ней гражданский полк, воинственно ступая,

В великолепии, в порядке строевом

Красуется, неся ганавский огнь и гром:

Защита вечных прав, полезное явленье.

Торопится ль в наш дом на страстное сиденье

Прелестница, франтя нарядом щегольским,

И новым зонтиком, и платьем голубым,

Та белотелая и сладостная Дора...

Взойдет ли ясная осенняя Аврора,

Или туманный день, печален и сердит,

И снегом и дождем в окно мое стучит,-

И что б ни делалось передо мною - муки

Одни и те ж со мной; возьму ли книгу в руки,

Берусь ли за перо - всегда со мной тоска:

Пора же мне домой... Россия далека!

И трудно мне дышать, и сердце замирает;

Но никогда меня тоска не угнетает

Так сокрушительно, так грубо, как в тот час,

Когда вечерний луч давно уже погас,

Когда всё спит, когда одни мои лишь очи

Не спят, лишенные благословений ночи.

7. Рассказ о судьбе мужа и дочери Муравьевой

На каторге, вслед за Муравьевой, погиб ее муж, Никита Муравьев! В Петербурге скончались и трое их детей, родившихся до восстания. Уцелела только Нонушка, ставшая общей любимицей декабристов.

Осиротели и родившиеся в Сибири дети Трубецких. За два года до освобождения скончалась их мать, Екатерина Ивановна.

8.Рассказ о поселении декабристов.

Отдельные группы декабристов, по мере окончания их каторжных сроков, постепенно переходили на поселение. По приказу Николая I отбывших на поселение разбросали по всей огромной Сибири. Старались селить их порознь друг от друга, даже братьев разъединяли. Ещё два десятилетия прожили декабристы в таких глухих медвежьих углах, как село Шушенское, Нарым, Туруханск, Мертвый Култук, Якутск, Вилюйск, Братский Острог, Верхнеколымск, Витим, Пелым.

III. Заключительная часть.

под звуки вальса

Декабристы в муках и страданиях прожили в Сибири 30 лет. Освобождение последовало в 1856 году, после смерти Николая I, но пришло оно, к сожалению, слишком поздно. Большинство декабристов, пройдя через каторжные тюрьмы и ссылки, не выдержали и погибли. 66 могил их разбросаны по необъятным просторам. В живых осталось 55 человек. Из них 34 находились в Сибири, остальные – на жительстве под надзором полиции во внутренних губерниях России.

Вернулись из Сибири вместе с мужьями лишь Волконская, Нарышкина, Анненкова, Фонвизина и Розен.

Потеряв мужей, приехали на родину Давыдова, Ентальцева, Юшневская. Муравьева, Трубецкая и Ивашева погибли.

Были ещё жены декабристов, желавшие последовать за своими мужьями на каторгу, но Николай I никому больше не разрешил ехать. Их жизнь на родине тоже сложилась трагично.

стихотворение В.А. Жуковского

«Голос с того света!»

Не узнавай, куда я путь склонила,

В какой предел из мира перешла...

О друг, я всё земное совершила;

Я на земле любила и жила.

 

Нашла ли их? Сбылись ли ожиданья?

Без страха верь: обмана сердцу нет;

Сбылося всё: я в стороне свиданья;

И знаю (здесь), сколь (ваш) прекрасен свет.

 

Друг, на (земле) великое не тщетно;

Будь твёрд, а (здесь) тебе не изменят;

О милый, (здесь) не будет безответно

Ничто, ничто: ни мысль, ни вздох, ни взгляд.

 

Не унывай: минувшее с тобою;

Незрима я, но в мире мы одном;

Будь верен мне прекрасною душою;

Сверши (один) начатое (вдвоём).

 

2.- Какие мы герои? Это поэты сделали из нас героев, а мы просто поехали за нашими мужьями, - говорила овдовевшая на каторге Александра Ивановна Давыдова.

«Просто поехали…» Мы знаем, как высоко оценили их подвиг поэты. Некрасов вложил в уста Трубецкой гордые слова, обращённые к отцу при отъезде на каторгу:

Далёк мой путь, тяжел мой путь,

Страшна судьба моя,

Но сталью я одела грудь…

Гордись – я дочь твоя!

Почти 200 лет прошло со дня восстания декабристов и сегодня, вспоминая о них, мы обнажаем головы пред их незабываемым подвигом.

Исполняется (романс) вальс старинный.

 

Здесь будет файл: /data/edu/files/u1448079904.pptx (Презентация гостиной "В добровольном изгнании")

Опубликовано


Комментарии (0)

Чтобы написать комментарий необходимо авторизоваться.