Презентация " Женщины в жизни Александра Сергеевича Пушкина"

8
4
Материал опубликован 11 June в группе

Женщины в жизни и поэзии Александра Сергеевича Пушкина. Составитель: Урбанович Ирина Викторовна, учитель литературы.

«Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит…» (Из стихотворения «Я памятник себе воздвиг нерукотворный»)

Внешность Пушкина. Рост А. С. Пушкина 166,7 см, что на то время было для мужчины немало (рост жены Пушкина составлял 173 см). О внешности Пушкина у современников сложились различные мнения. В общепринятом понимании Пушкина никто не называл красивым. Л. П. Никольская, встретившая в 1833 году Пушкина на обеде у нижегородского губернатора, так описывает его: «Немного смуглое лицо его было оригинально, но некрасиво: большой открытый лоб, длинный нос, толстые губы — вообще неправильные черты. Но что у него было великолепно — это тёмно-серые с синеватым отливом глаза — большие, ясные. Нельзя передать выражение этих глаз: какое-то жгучее, и при том ласкающее, приятное. Я никогда не видела лица более выразительного: умное, доброе, энергичное. <…> Он хорошо говорит: ах, сколько было ума и жизни в его неискусственной речи! А какой он весёлый, любезный, прелесть! Этот дурняшка мог нравиться…» Женщины вдохновляли поэта на создание шедевров. Вспомним некоторых из тех, кто был близок и дорог творцу…

Надежда Осиповна Пушкина ( мать поэта) . Надежда Осиповна Пушкина родилась 17 марта 1775 года в поселке Суйда, который относился к Санкт-Петербургской губернии. Ее девичья фамилия – Ганнибал. Надежда Осиповна -дочь военного деятеля Осипа Ганнибала. Ее юность прошла в имении Кобрино, которое ее мать получила от отца по суду. Так как родители девушки не жили вместе, мать Надежды посвятила всю себя воспитанию дочери. Девушка получила прекрасное образование, говорила свободно на французском языке.

В 1796 году Надежда Осиповна обвенчалась с Сергеем Львовичем Пушкиным. У них родилось 8 детей, из которых только 4 выжили: Ольга, Александр, Николай, Лев. Отец и мать Пушкина являлись дальними родственниками. Девичья фамилия матери Надежды Осиповны была Пушкина. С будущим поэтом у родителей складывались прохладные отношения, так как он был озорником и непоседой, чем очень огорчал мать. Ее любимцем был сын Лев, который был самым младшим в семье, и которому доставалась все родительская любовь. Мать Пушкина воспитывала детей в строгости, большое внимание уделяла образованию, и когда в семействе не хватало средств на учителей, она сама занималась с детьми уроками. Скончалась Надежда Осиповна в 1836 году, за год до трагической гибели поэта. В конце жизни ее отношения с сыном наладились. Они, наконец-то, поняли друг друга и стали очень близки. Александр Сергеевич тяжело переживал утрату и даже приобрел место рядом с могилой матери, где его позже и похоронили.

Пушкиноведами отмечается, что в наследии поэта нет стихов, посвященных родителям. Однако образ одинокого ребенка неоднократно встречается в творчестве Пушкина. Конфликт взаимоотношения с родителями нашел отражение в письмах Пушкина к брату. Их анализ дан в книге Г. М. Дейча, который справедливо считал, что отношения Пушкина с родителями - "одна из самых сложных и малоисследованных страниц биографии поэта". До нас дошли только пять писем Александра Сергеевича к родителям и три письма Сергея Львовича и Надежды Осиповны к нему; все они относятся к 1830-1836 годам. В письме от 25 августа 1823 года к брату прорвалась давняя обида поэта на отца: "Изъясни отцу моему, что я без его денег жить не могу. (...) Все и все меня обманывают - на кого же, кажется, надеяться, если не на ближних и родных. ...Мне больно видеть равнодушие отца моего к моему состоянию - хоть письмы его очень любезны…»

Бабушка А. С. Пушкина М. А. Ганнибал родилась 31 января 1745 года в Нижегородской губернии, с двух лет жила в с. Кореневщино под Липецком (ныне с. Кореневщино Добровского района Липецкой области). Ее отец, Алексей Федорович Пушкин, в течение нескольких месяцев 1765 года был воеводой г. Сокольска Липецкого уезда Тамбовской губернии. Мать – Сарра Юрьевна, урожденная Ржевская. 9 ноября 1772 года (по другим источникам в 1773 году) Мария Алексеевна вышла замуж за Осипа Абрамовича Ганнибала, сына знаменитого Арапа Петра Великого: капитан морской крепостной артиллерии прибыл в Липецк для осмотра железоделательных и оружейных заводов. Мария Алексеевна Ганнибал ( бабушка поэта).

После заключения брака молодые супруги жили некоторое время на Выксунских металлургических заводах близ Мурома, затем 4 года в Суйде (ныне Гатчинский район Ленинградской области). У них родились дети: Николай (умер во младенчестве) и Надежда – будущая мать А. С. Пушкина. Но брак оказался неудачным. В 1776 году О. А. Ганнибал, не расторгая брака, женился вторично.  Примерно с 1800 года вместе с семьей дочери Надежды, вышедшей за С. Л. Пушкина, Мария Алексеевна жила в Москве, помогая в воспитании внуков – Ольги, Александра и Льва. По свидетельству современницы Е. П. Яньковой, «Пушкины жили весело и открыто, и всем в доме заведовала больше старуха Ганнибал, очень умная, дельная и рассудительная женщина. Она окружила материнским вниманием своего любимого внука и была его первой наставницей в русском языке (в доме разговорным языком был французский). Пушкин заслушивался ее рассказами об арапе Петра Великого, дедушке ее, Ржевском, к которому езжал царь Петр, о недавней старине...». Письмами бабушки к внуку в Лицей восхищался барон А. Дельвиг: «Она-то, без сомнения, была первою воспитательницею будущего поэта...».

Наперсница волшебной старины… Наперсница волшебной старины, Друг вымыслов, игривых и печальных, Тебя я знал во дни моей весны, Во дни утех и снов первоначальных. Я ждал тебя; в вечерней тишине Являлась ты веселою старушкой И надо мной сидела в шушуне, В больших очках и с резвою гремушкой. Ты, детскую качая колыбель, Мой юный слух напевами пленила И меж пелен оставила свирель, Которую сама заворожила. Младенчество прошло, как легкий сон. Ты отрока беспечного любила, Средь важных муз тебя лишь помнил он, И ты его тихонько посетила; Но тот ли был твой образ, твой убор? Как мило ты, как быстро изменилась! Каким огнем улыбка оживилась! Каким огнем блеснул приветный взор! Покров, клубясь волною непослушной, Чуть осенял твой стан полувоздушный; Вся в локонах, обвитая венком, Прелестницы глава благоухала; Грудь белая под желтым жемчугом Румянилась и тихо трепетала… 1822 г

Арина Родионовна ( няня поэта)  10 апреля 1758— 31 июля 1828) — крепостная, принадлежавшая семье Ганнибалов, няня  Пушкина, кормилица его старшей сестры Ольги. В 1792 году она была взята бабкой Пушкина Марией Алексеевной Ганнибал в качестве няни для племянника Алексея, сына брата Михаила. В 1795 году Мария Алексеевна подарила Арине Родионовне за безупречную службу отдельную избу в Кобрино. После рождения Ольги в 1797 году Арина Родионовна была взята в семью Пушкиных. В 1807 году семейство Ганнибалов продало, вместе с крестьянами, земли в Петербургской губернии и переселилось в Опочецкий уезд Псковской губернии. Арина Родионовна была «прикреплена» к хозяевам, а не к земле, поэтому была «исключена из продажи», и переехала с хозяевами в Псковскую губернию.

Между Александром Сергеевичем Пушкиным и его няней Ариной Родионовной всегда были теплые отношения. Она знала огромное количество сказок, песен и небылиц. По вечерам перед сном вокруг нее собирались ребятишки, и она рассказывала им истории о царе Салтане, об ученом коте, о русалках в пруду и много-много других историй. Пушкин очень любил эти посиделки Уже во взрослом возрасте она последует за Пушкиным в село Михайловское, куда поэта отправили в ссылку. Арина Родионовна стала прототипом для нескольких персонажей в произведениях Пушкина. Например, с нее был написан образ няни Татьяны в романе «Евгений Онегин». Безусловно, время, проведенное с няней, и ее воспитание имели огромное влияние на творчество поэта.

Няне Подруга дней моих суровых, Голубка дряхлая моя, Одна в глуши лесов сосновых Давно, давно ты ждешь меня. Ты под окном своей светлицы Горюешь, будто на часах, И медлят поминутно спицы В твоих наморщенных руках. Глядишь в забытые вороты На черный, отдаленный путь: Тоска, предчувствия, заботы Теснят твою всечасно грудь…

Екатерина Бакунина (первая любовь Пушкина). Екатерина Павловна приходилась сестрой Александру Бакунину, лицейскому товарищу Пушкина. Летом она подолгу жила в Царском Селе, и следы, оставленные «ногой ее прекрасной», поэт искал в Царскосельским рощах и лесах. «Я счастлив был!.. Нет, я вчера не был счастлив, поутру я мучился ожиданием, с неописанным волнением стоя под окошком, смотрел на снежную дорогу – ее не видно было! Наконец, я потерял надежду; вдруг нечаянно встречаюсь с нею на лестнице, – сладкая минута!.. Как она мила была! Как черное платье пристало к милой Бакуниной!» – восклицал Пушкин в своем лицейском дневнике.

Пушкин томился любовью к Бакуниной всю зиму, а также весну и большую часть лета 1816 года. За это время из-под его пера вышел ряд элегий, которые носят печать глубокой меланхолии. Никаких определенных выводов об отношениях, существовавших между поэтом и любимой девушкой, нельзя сделать на основании этих стихов элегический трафарет заслоняет живые черты действительности. Вероятно, весь этот типично юношеский роман повлек за собой лишь несколько мимолетных встреч на крыльце или в парке. Осенью Бакунины переехали в Петербург, и Пушкин, судя по стихам, долгое время был совершенно безутешен. Но молодость брала свое, каждый день приносил новые впечатления, начались первые литературные успехи и даже настоящие триумфы, каким оказалось публичное чтение на экзамене в присутствии стареющего Державина. Сердечная рана затянулась…

В 1817 году Екатерина Бакунина стала фрейлиной, а Пушкин окончил Лицей. Нет никаких сведений о том, что они встречались в Петербурге. Через много лет Екатерина Павловна встретилась с Пушкиным в Приютино в 1828 году, на праздновании дня рождения Екатерины Марковны Олениной. Но тогда он, скорее всего, был слишком занят Анной Олениной, чтобы помнить о своей лицейской любви… Покинув высший свет, двадцать один год прожила она с мужем в полном согласии. Охотно переписывалась с друзьями, воспитывала детей – сына Александра и дочь Екатерину, наслаждалась семейным счастьем... Была замечательной художницей, имела выставки, много заказов. Однако прославилась она и осталась в памяти потомков именно влюбленностью в нее великого поэта. Вполне сознавая это, она как реликвию берегла до конца своих дней написанный рукою Пушкина на желтоватом листке альбомного формата его мадригал ко дню ее именин.

Слеза Вчера за чашей пуншевою       С гусаром я сидел И молча с мрачною душою       На дальний путь глядел. «Скажи, что смотришь на дорогу? —       Гусар мой вопросил. — Еще по ней ты, слава богу,       Друзей не проводил». К груди поникнув головою,       Я скоро прошептал: «Гусар! уж нет ее со мною!..»       Вздохнул — и замолчал. Слеза повисла на реснице       И канула в бокал. «Дитя! ты плачешь о девице,       Стыдись!» — он закричал. «Оставь, гусар... ох! сердцу больно.       Ты, знать, не горевал. Увы! одной слезы довольно,       Чтоб отравить бокал!..» 1815

Мария Николаевна Раевская. Мария Николаевна была дочерью генерала Николая Николаевича Раевского и его жены Софьи Алексеевны, урождённой Константиновой (внучки М. В. Ломоносова). Её детство прошло в Петербурге, Киеве, украинских имениях — семья часто переезжала. Как и все дети Раевских, Мария получила домашнее образование. Она была отличной пианисткой, обладала прекрасным голосом, пела почти профессионально и особенно любила итальянскую музыку. Знала французский и английский языки «как свои родные». Русским языком владела значительно хуже, поэтому всегда писала по-французски. В более поздние годы она пыталась восполнить этот пробел в своём образовании, но безуспешно. С юных лет Мария пристрастилась к чтению серьёзных книг. По свидетельству сына Михаила, она особенно интересовалась историей и литературой.Главой семьи был Николай Николаевич, жена и дети любили его и во всём ему подчинялись

Когда Пушкин увидел Марию Раевскую впервые, она была шаловливым подростком, с нежным характером, горящими живыми глазами, черными локонами и смуглым лицом. Уже тогда Мария пленила Пушкина угадывающимся в ней богатством духовного мира и внушила чувство, нашедшее свое воплощение в романтических образах его южных поэм. Она – идеал черкешенки в «Кавказском пленнике», ее черты – в образе Заремы из Бахчисарайского фонтана. На склоне лет, вспоминая совместное с Пушкиным путешествие, Мария Николаевна писала: «Мой отец приютил его в то время, когда он был преследуем императором Александром I за стихотворения, считавшиеся революционными. Отец принял участие в бедном молодом человеке, одаренном таким громадным талантом, и взял его с собой, когда мы ездили на Кавказские Воды, так как здоровье его было сильно расшатано. Пушкин этого никогда не забывал; он был связан дружбою с моими братьями и ко всем нам питал чувство глубокой преданности».

В январе 1825 года Мария Николаевна стала женой Сергея Григорьевича Волконского, боевого генерала, участника войны с Наполеоном и члена тайного общества. Она вышла замуж по любви, с согласия родителей. После подавления восстания декабристов Волконский был осужден к лишению чинов и ссылке на каторжные работы в Сибирь. В декабре 1826 года Пушкин встречался с М. Волконской в Москве. Добившись разрешения императора Николая I, она поспешила к мужу в Благодатский рудник и была рядом с ним в Сибири тридцать лет. Верность Марии Николаевны супружескому долгу нашла отзвук и в образе Татьяны Лариной в «Евгении Онегине»

Редеет облаков летучая гряда. Редеет облаков летучая гряда; Звезда печальная, вечерняя звезда, Твой луч осеребрил увядшие равнины, И дремлющий залив, и черных скал  вершины;   Люблю твой слабый свет в небесной вышине; Он думы разбудил, уснувшие во мне. Я помню твой восход, знакомое светило,   Нал мирною страной, где все для сердца мило,   Где стройны тополи в долинах вознеслись,   Где дремлет нежный мирт и темный кипарис,   И сладостно шумят полуденные волны.   Там некогда в горах, сердечной думы полный   Над морем я влачил задумчивую лень,   Когда на хижины сходила ночи тень-   И дева юная во мгле тебя искала   И именем своим подругам называла. 1820.

Амалия Ризнич. Летом 1823 года Пушкин переехал из Кишинева в Одессу на новое место службы. Здесь он познакомился с женой местного негоцианта Амалией Ризнич. Она была, по словам современника, «высока ростом, стройна и необыкновенно красива. Особенно привлекательны были ее пленительные очи, шея удивительной формы и белизны и черная коса, более двух аршин длиною». Вскоре она привлекла внимание Пушкина. Увлечение Ризнич было недолгим, но сильным; оно отразилось в стихах Пушкина.

Пушкин страстно увлекся этой женщиной. В первых числах мая 1824 года тяжело больная Ризнич уехала в Австрию, потом во Флоренцию, где и умерла. О характере отношений Пушкина к Амалии Ризнич можно судить по стихам поэта: «Простишь ли мне ревнивые мечты» (1823), «Под небом голубым страны своей родной» (1826). Помянул поэт Ризнич в одной из «одесских» строф «Путешествия Онегина» (1829-1830) и в последний раз вспомнил о ней перед женитьбой — «Заклинание» и, наконец, «Для берегов отчизны дальней» (оба стихотворения — 1830). Прочтенные подряд, эти произведения составляют чрезвычайно интересную картину трансформации чувства поэта к Амалии Ризнич.

Простишь ли мне ревнивые мечты, Моей любви безумное волненье? Ты мне верна: зачем же любишь ты Всегда пугать мое воображенье? Окружена поклонников толпой, Зачем для всех казаться хочешь милой, И всех дарит надеждою пустой Твой чудный взор, то нежный, то унылый? Мной овладев, мне разум омрачив, Уверена в любви моей несчастной, Не видишь ты, когда, в толпе их страстной Беседы чужд, один и молчалив, Терзаюсь я досадой одинокой; Ни слова мне, ни взгляда... друг жестокий…

Елизавета Ксаверьевна Воронцова. Светлейшая княгиня Елизаве́та Ксаве́рьевна Воронцо́ва, урождённая Браницкая (8  сентября 1792 — 15  апреля 1880, Одесса) — статс-дама, почётная попечительница при управлении женскими учебными заведениями, фрейлина, кавалерственная дама ордена Святой Екатерины; жена новороссийского генерал-губернатора М. С. Воронцова; сестра генерал-майора графа В. Г. Браницкого.

Она отнюдь не бедная провинциалка, а дочь великого коронного гетмана графа Ксаверия Браницкого и Александры Васильевны Энгельгард — любимой племянницы всесильного Потемкина. Александр Раевский — сын знаменитого героя войны 1812 года и сам участник войны. Дальний родственник матери Елизаветы, он приехал отдохнуть после ранения. Высокий, худой, в очках, с умным насмешливым взглядом небольших тёмных глаз, овеянный военной славой, Александр Раевский держался загадочно, говорил парадоксами, и Элиза влюбилась без памяти. Раевский же смотрел на барышню свысока, на чувства не отвечал и уехал, простившись весьма холодно. Она вслед ему написала письмо-признание. Он в ответе резко отчитал влюбленную девушку.

Ей было уже 27 – старая дева, мать устала предлагать женихов. Александра Васильевна( мать Элизы) призывает на помощь подруг, и одна из них находит подходящую партию в Париже. Жених – Михаил Семенович Воронцов — сын русского посла в Лондоне, воспитан и образован в лучших традициях английской аристократии, герой войны 1812 года, знаменитый на всю Европу 37-летний сердцеед, решил остепениться и тоже искал подходящую жену. Воронцов с теперь уже женой Елизаветой приехали в Петербург. Графиня появилась при дворе — полная впечатлений о первом заграничном путешествии, с ворохом модных парижских нарядов — и имела ослепительный успех. Раевский, увидев Елизавету Ксаверьевну блестящей светской дамой, женой известного генерала, принятой в лучших гостиных, влюбился. Незнакомый доселе с сильными чувствами, он потерял голову, и любовь эта, затянувшаяся на несколько лет, исковеркала его жизнь, как считали современники. 

Граф Воронцов получил назначение в Одессу, Раевский получил теплое местечко при новом губернаторе Одессы. Раевский решает во что бы то ни стало завоевать любовь Элизы. На правах родни и сослуживца постоянно бывает в доме Воронцовых, много времени проводит в салоне графини, где часто устраиваются музыкальные вечера и спектакли, где собираются любители искусства и литературы. И вот в Одессу, тоже на службу к Воронцову, приезжает Александр Пушкин, давний знакомый Раевского. Оба рады встрече, Пушкин высоко ценит друга, посвящает ему стихи и прочит необыкновенную будущность. Пушкин как раз начинает работу над новым романом в стихах, Раевский рассказывает ему об Элизе, ее история волнует поэта, Пушкин знакомится с ней ближе, и между поэтом и графиней вспыхивает любовь. Желчный, завистливый Раевский сходит с ума от ревности и начинает нашептывать Воронцову о неприличном поведении поэта, позорящем его имя. Воронцов поначалу относится к Пушкину очень хорошо, позволяет работать в своей библиотеке, но Раевский не перестает настраивать его против поэта. Тогда-то Воронцов и отсылает Пушкина в длительную командировку.

Что же ее роман с Пушкиным? Оба унесли свою тайну в могилу. Она незадолго до смерти уничтожила дневники и письма, он до последнего дня не снимал с руки подаренный ею при расставании перстень-талисман. Почти за 200 лет, что минули с их встречи, об их любви написаны сотни исследований, диссертаций и книг. Все гадают, какую роль сыграла Элиза в жизни поэта, на какие стихи вдохновила. Но все это домыслы, слухи, сплетни, обрывки разговоров и писем… Говорили, что дочь Воронцовых Софья была дочерью Пушкина, что в Михайловском он получал письма, запечатанные таким же, как у него перстнем, и тогда убегал из комнаты, чтобы прочитать их в одиночестве, а потом сжигал. Еще рассказывали, что кому-то удалось прочитать под одним из этих писем странную подпись "вобюлиманс«…

СОЖЖЕННОЕ ПИСЬМО Прощай, письмо любви! прощай: она велела. Как долго медлил я! как долго не хотела Рука предать огню все радости мои!.. Но полно, час настал. Гори, письмо любви. Готов я; ничему душа моя не внемлет. Уж пламя жадное листы твои приемлет... Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым Виясь, теряется с молением моим. Уж перстня верного утратя впечатленье, Растопленный сургуч кипит... О провиденье! Свершилось! Темные свернулися листы; На легком пепле их заветные черты Белеют... Грудь моя стеснилась. Пепел милый, Отрада бедная в судьбе моей унылой, Останься век со мной на горестной груди... 1825 год

Анна Петровна Керн. (11 февраля 1800, Орёл — 27 мая 1879, Москва) — русская дворянка, в истории более всего известна ролью, которую она сыграла в жизни Пушкина. Автор мемуаров. Анне Петровне пришлось вести жизнь жены армейского генерала со сменой гарнизонов «согласно назначенью», переезжая из одного города в другой. Супруги побывали в Елисаветграде, Дерпте, Пскове, Старом Быхове, Риге. В Киеве она сближается с семьёй Раевских и говорит о них с чувством восхищения. В Дерпте её лучшими друзьями становятся Мойеры — профессор хирургии местного университета и его жена Мария — первая любовь Василия Жуковского и его муза. Запомнилась Анне Петровне и поездка в начале 1819 года в Санкт-Петербург, где в доме своей тётки — Елизаветы Олениной— она слышала Ивана Крылова и где впервые встретила Александра Пушкина. 8 января 1817 года состоялась свадьба девицы Анны Полторацкой и генерала Ермолая Керна. В своём дневнике ( Анна Петровна писала: «Его невозможно любить — мне даже не дано утешения уважать его»

В июне 1825 года Анна приехала в Тригорское, имение своей тётушки (жены брата матери), Прасковьи Александровны Осиповой, где вновь повстречалась с Пушкиным, отбывавшим ссылку в соседнем имении Михайловское.  Затем Анна Керн и Пушкин встретились через 2 года в Санкт-Петербурге. Добившись, наконец, её благосклонности, Пушкин между делом упомянул об этом в феврале 1828 года в письме к своему другу Сергею Соболевскому.  Пушкин называет Анну Керн «наша вавилонская блудница Анна Петровна». Ироничное отношение к генеральше Анне Керн поэт сохранил до конца своей жизни.

К ***<КЕРН> Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. В томленьях грусти безнадежной, В тревогах шумной суеты, Звучал мне долго голос нежный, И снились милые черты. Шли годы. Бурь порыв мятежный  Рассеял прежние мечты, И я забыл твой голос нежный, Твои небесные черты. 1825.

Наталья Николаевна Гончарова. ( жена поэта). Ната́лья Никола́евна Гончаро́ва, в первом браке Пу́шкина, во втором — Ланска́я (27 августа  1812, поместье Кариан, Тамбовская губерния — 26 ноября 1863, Санкт-Петербург) — супруга Александра Сергеевича Пушкина. Через семь лет после его смерти вышла замуж за генерала Петра Петровича Ланского. Её роль в жизни Пушкина и событиях, предшествующих его последней дуэли, является предметом дискуссий до настоящего времени. 

Пушкин встретил Наталью Гончарову в Москве в декабре 1828 года на балу танцмейстера Йогеля. В апреле 1829 года он просил её руки через Фёдора Толстого-Американца. Ответ матери Гончаровой был неопределённым: Наталья Ивановна считала, что 16-летняя на тот момент дочь слишком молода для брака, но окончательного отказа не было. Пушкин уехал в действующую армию Ивана Паскевича на Кавказ.   Весной 1830 года поэт, уехавший в Санкт-Петербург, через общего знакомого получил известия от Гончаровых, внушившие ему надежду. Он возвратился в Москву и вторично сделал предложение. 6 апреля 1830 года согласие на брак было получено. По словам одной знакомой Гончаровых, именно Наталья Николаевна преодолела сопротивление матери: «Она кажется очень увлечённой своим женихом».

Помолвка состоялась 6 мая 1830 года, но переговоры о приданом отсрочили свадьбу. Через много лет Наталья Николаевна рассказывала Павлу Анненкову, что «свадьба их беспрестанно была на волоске от ссор жениха с тёщей». В августе того же года умер дядя Пушкина, Василий Львович. Свадьба была снова отложена, и Пушкин уехал в Болдино, чтобы вступить во владение частью этого поместья, выделенной отцом. Здесь он задержался из-за эпидемии холеры. Перед отъездом в Нижегородскую губернию Пушкин поссорился с Натальей Ивановной, вероятно, из-за приданого: она не хотела выдавать дочь без него, однако денег у разорённых Гончаровых не было. 

18 февраля  1831 состоялось венчание в московской церкви Большого Вознесения у Никитских ворот. При обмене колец кольцо Пушкина упало на пол, а потом у него погасла свеча. Он побледнел и сказал: «Все — плохие предзнаменования!» 19 мая 1832 года Наталья Николаевна родила первенца — дочь Марию, а 6 июля 1833 года — сына Александра. Рождение внуков несколько улучшило отношения между Пушкиным и тёщей, видимо, оценившей его любовь к детям. В письмах к жене Пушкин постоянно вспоминал о детях (чаще всего встречаются имена двух старших), во время своих поездок просил её сообщать обо всём, что происходит дома. Недостаток средств — «Я могу иметь большие суммы, но мы и много проживаем» — беспокоил его: не раз в своей переписке он задаётся вопросом, что будет с семьёй в случае его смерти.

Осенью 1832 года умер дед Натальи Николаевны, Афанасий Николаевич Гончаров. Имение Гончаровых оказалось обременено долгом в полтора миллиона рублей, кроме того, наследникам пришлось вести несколько судебных процессов. Дмитрий Гончаров был назначен опекуном своего отца, оставил службу в Коллегии иностранных дел, перешёл в Московский архив и одновременно принял на себя управление семейным майоратом. Долги деда он не смог покрыть и всю жизнь выплачивал проценты (иногда превышавшие сумму долга) по закладным. Семья Пушкиных, после того как закончились деньги от заложенного Кистенёва, почти постоянно находилась в трудном материальном положении. Жизнь в Петербурге была дорога, семья росла, Пушкины же, как и многие другие, из соображений «престижа» держали большой дом. Выезды в свет также требовали немалых затрат. Пушкин иногда играл и проигрывал деньги в карты. Его жалованья по службе в Министерстве иностранных дел (пять тысяч рублей в год) хватало лишь на то, чтобы оплатить квартиру и дачу.

В 1835 году Наталья Николаевна познакомилась с французским подданным, кавалергардом Жоржем Дантесом. До его появления в жизни Пушкиных «никто не связывал её имени [Натальи Николаевны] ни с чьим другим именем», хотя в свете и было известно, что император неравнодушен к ней. До этого момента никто не мог её назвать кокеткой, привлекавшей к себе поклонников.  Дантес начал ухаживать за Натальей Николаевной, что породило слухи о предполагаемой связи жены поэта с ним. В 1946 году Анри Труайя опубликовал два отрывка из писем из архива Дантеса, предоставленные его потомками. Письма, датированные началом 1836 года, написаны Дантесом Геккерну, находившемуся в то время за границей. В них Дантес сообщает о своей новой страсти. Предмет её — «самое прелестное создание в Петербурге» (дама не названа по имени), муж этой женщины «бешено ревнив», но она любит Дантеса. 

Осенью ухаживание Дантеса за Натальей Николаевной стало ещё более демонстративным, в светском обществе начались пересуды. 3 ноября друзьям поэта был разослан анонимный пасквиль с оскорбительными намёками в адрес Пушкина и его жены. Пушкин, узнавший о письмах на следующий день, был уверен, что они — дело рук Дантеса и его приёмного отца, голландского посланника Геккерна. Вечером 4 ноября он послал вызов (без указания причины) на дуэль Дантесу, который получил Геккерн. Геккерн просил у Пушкина отсрочки на 24 часа. Наталья Николаевна, узнав об этом, через своего брата Ивана срочно вызвала из Царского Села Жуковского. Благодаря участию Жуковского дуэль удалось предотвратить. Дантес объявил, что его целью была женитьба на сестре Натальи Николаевны Екатерине. 17 ноября Пушкин послал своему секунданту Соллогубу отказ от дуэли. Вечером того же дня было официально объявлено о помолвке Дантеса и Екатерины Гончаровой.

Намечавшийся брак не разрядил ситуацию, отношения ухудшились. У Пушкиных Дантеса не принимали, со своей невестой тот встречался у её тётки Загряжской. Однако Пушкины и Дантес, продолжавший держаться выбранной ранее линии поведения, виделись в обществе. Пересуды в петербургском свете не прекращались, наоборот, известие о браке лишь усилило их. Говорили о том, что Дантес приносит себя в жертву, вступая в брак с нелюбимой женщиной, чтобы «спасти честь любимой». Свадьба состоялась 10 января 1837 года. Наталья Николаевна присутствовала на венчании, но не осталась на праздничный обед. Пушкины не принимали молодожёнов, но виделись с ними в свете. 23 января на балу у Воронцовых-Дашковых Дантес оскорбил Наталью Николаевну. На следующий день Пушкин послал Луи Геккерну резкое письмо, которое не оставило последнему выбора, поэт знал, что в ответ получит вызов и сознательно шёл на это. Вместо Геккерна, который, как посланник иностранного государства, не мог участвовать в дуэли, вызов Пушкину сделал Дантес. 27 января на Чёрной речке состоялась дуэль, на которой Пушкин был тяжело ранен.

В последние дни Пушкина его жена, по словам друзей, не оставляла надежды на то, что он будет жить. Когда Пушкину стало хуже, он просил не скрывать его состояния от Натальи Николаевны: «Она не притворщица; вы её хорошо знаете, она должна всё знать». Несколько раз Пушкин звал жену, и они оставались наедине. Он повторял, что Наталья Николаевна невиновна в происшедшем и что он всегда ей доверял. Смерть мужа стала для Натальи Николаевны тяжёлым потрясением, она заболела. Но, несмотря на то состояние, в котором она находилась, Пушкина настояла, чтобы поэта похоронили в сюртуке, а не в камер-юнкерском мундире, который он ненавидел. Пятница, день смерти мужа, стала траурным днём для Натальи Николаевны. До конца жизни в пятницу она никуда не выезжала, «предавалась печальным воспоминаниям и целый день ничего не ела.

По решению императора были оплачены долги Пушкина, назначена пенсия вдове и дочерям до выхода замуж, сыновья записаны в пажи, на них выделялось по 1500 рублей в год до поступления на службу.  Над детьми была учреждена Опека во главе с Григорием Строгановым, родственником Пушкиной, в которую также вошли Михаил Виельгорский, Жуковский и Наркиз Отрешков. Опекой было издано многотомное собрание сочинений Пушкина в пользу семьи. 1 марта 1837 года, во время следствия по делу о дуэли, Луи Геккерн написал Нессельроде письмо. Он отрицал, что уговаривал Пушкину оставить мужа, возлагал на неё вину за случившееся и требовал взять у неё показания под присягой. Письмо вызвало эффект, который вряд ли ожидал Геккерн: Николай I, до которого было доведено содержание послания, был возмущён. Геккерн изменил линию поведения и уже в письме от 4 марта 1837 года к А. Ф. Орлову уверял, что «она [Пушкина] осталась столь же чиста <…>, как тогда, когда господин Пушкин дал ей своё имя». По совету врачей, Наталья Николаевна должна была срочно покинуть столицу и сама стремилась к этому.  В августе 1841 года, по распоряжению Натальи Николаевны, на могиле Пушкина в Святогорском монастыре было установлено надгробие работы петербургского мастера Пермагорова…

Мадонна Не множеством картин старинных мастеров Украсить я всегда желал свою обитель, Чтоб суеверно им дивился посетитель, Внимая важному сужденью знатоков. В простом углу моем, средь медленных трудов, Одной картины я желал быть вечно зритель, Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков, Пречистая и наш божественный спаситель — Она с величием, он с разумом в очах — Взирали кроткие, во славе и лучах, Одни, без ангелов, под пальмою Сиона. Исполнились мои желания. Творец Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец. 8 июля 1830

в формате MS Powerpoint (.ppt / .pptx)
Комментарии

Спасибо за интересный материал!

11 June

Материал насыщенный, полезный... Хорошо бы оформить пояснительную записку и список источников. Трудно читаема информация на слайдах. Нужна коррекция материала для эффективного его применения.

11 June

Ирина Викторовна, благодарю вас за качественный ресурс!

12 June

Сборник методических разработок и педагогических идей