12+  Свидетельство СМИ ЭЛ № ФС 77 - 70917
Лицензия на образовательную деятельность №0001058
 Пользовательское соглашение      Контактная и правовая информация
 
Педагогическое сообщество
УРОК.РФ
УРОК
Материал опубликовала
Валеева Дания Рашитовна678
Учитель русского языка и литературы высшей категории, работаю в школе 23 года, преимущественно в старших классах. Являюсь классным руководителем социально-гуманитарного класса, в классе - 28 человек.
Россия, Челябинская обл., Миасс
Материал размещён в группе «Литература ЕГЭ»

СИСТЕМА ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ ПО ЛИТЕРАТУРЕ

 

Специфика задания 16

Составитель Валеева Д.Р.

МАОУ «МСОШ №16»

 

АННОТАЦИЯ

Данный тип заданий имеет особую сложность. Самый низкий показатель в ЕГЭ 2015 года виден в задании 16 на сопоставление лирических произведений. Результаты по анализу лирики стали традиционной проблемой. Анализ лирического стихотворения дается ученикам намного сложнее, чем анализ отрывка из эпического или драматического произведения. Связано это со спецификой стихотворного текста (сложной образностью, символичностью, ассоциативными связями и т.д.). Очевидно, что в школьной практике необходимо развивать навыки анализа лирического стихотворения. В старших классах ослаблена работа по сдаче стихотворений наизусть. Кроме этого, низкие результаты по данному заданию объясняются следующими, на мой взгляд, причинами: в заданиях 2015 года большинство текстов стихотворений было взято не из кодификатора. Эта ситуация не могла не вызвать затруднений при выполнении учащимися заданий ЕГЭ, поскольку при подготовке учителя ориентировались на списки кодификатора. Хотя в пояснениях кодификатора указывается на возможность такого подхода к выбору лирических произведений. Как и в прошлые годы, в КИМы ЕГЭ по литературе были включены произведения объективно сложные для понимания (А. Тарковский «К стихам», Б. Пастернак «Бабье лето», А. Блок «В густой траве пропадешь с головой…»). Думается, что успешной сдаче экзамена по литературе будет способствовать и более «реалистичный» отбор произведений. Включение в КИМы текстов высочайшей сложности практически обрекает работу на низкие баллы

Представляю вашему вниманию дидактический материал. Данный ресурс рекомендуется использовать для подготовки к ЕГЭ по литературе.

                                  СИСТЕМА ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ ПО ЛИТЕРАТУРЕ

 

Специфика заданий 16

  Выполнение заданий 16 требует включения рассматриваемого произведения в литературный контекст.

Подобные задания требуют краткого связного ответа в объеме 5–10 предложений и являются своеобразным итогом работы с текстом. Указание на объём условно; оценка ответа зависит от его содержательности (при наличии глубоких знаний экзаменуемый может ответить в большем объёме; при умении точно формулировать свои мысли экзаменуемый может достаточно полно ответить в меньшем объёме).

Задания этого типа (их в экзаменационной работе два) по существу представляют собой проблемный вопрос, который связан с конкретным произведением и при этом нацеливает на рассмотрение художественного текста в определенном литературном контексте. Без обращения к контексту нельзя в полной мере оценить целостность восприятия выпускниками курса литературы, их умение устанавливать аналогии, соотносить и сопоставлять различные литературные факты, осмысливать логику литературного процесса.

Повышенный уровень освоения материала характеризуется умением применять полученные знания для анализа литературных произведений различных жанров в их взаимосвязи; решать различные задачи на основе конкретных действий: делать выводы, сравнивать произведения разных авторов и различных эпох, обобщать имеющиеся знания. Содержание заданий этого уровня отвечает как минимуму содержания литературного образования средней (полной) школы, так и содержанию курса литературы, рекомендуемого для углубленного изучения литературы в профильных классах и школах. Посредством этих заданий проверяются не только умения, необходимые для базового уровня усвоения материала, но и те, с помощью которых достигается расширение и углубление основных системных знаний по предмету. К ним относятся:

- умение интерпретировать литературное произведение как художественное целое в его историко-литературной обусловленности и культурном контексте;

- умение проводить сравнительно-сопоставительный анализ различных литературных произведений и их научных, критических и художественных интерпретаций.

 Эти задания проверяют:

1) умение воспринимать информацию, содержащуюся в тексте;

2) умение анализировать содержание текста;

3) умение обобщать наблюдения над художественным текстом;

4) умение находить литературные аналогии;

5) умение убедительно обосновывать выбор каждого произведения;

6) умение убедительно сопоставлять выбранные произведения с предложенным текстом в заданном направлении анализа;

7) умение выявлять авторскую позицию и не искажать её при анализе произведения;

8) умение логично и последовательно излагать мысли.

Задания обладают хорошей дифференцирующей способностью и помогают осуществить объективный отбор наиболее сильных выпускников.

 

Для успешного выполнения заданий данного типа, экзаменуемые должны владеть умением устанавливать внутрипредметные связи, позволяющие воспринимать художественное произведение не как единичное явление литературы, а как часть единого литературно-художественного пространства. Выделенный параметр проверяет именно это умение выпускника. Если экзаменуемый в целом отвечает на поставленный вопрос верно, но затрудняется в установлении аналогий с другими изученными произведениями, то его ответ оценивается минимальным количеством баллов. Привлечение литературного контекста должно быть аргументировано не только личной позицией экзаменуемого, но, в первую очередь, правильным пониманием смысла вопроса: о каком именно компоненте формы или содержания произведения идет речь, какой аспект творчества писателя предложен для рассмотрения.

Выполняя задания 16, выпускник самостоятельно подбирает для контекстного сопоставления два произведения разных авторов (в одном из примеров допустимо обращение к произведению того автора, которому принадлежит исходный текст).  При указании автора инициалы необходимы только для различения однофамильцев и родственников, если это существенно для адекватного восприятия содержания ответа (например, Л.Н. и А.К. Толстые; В.Л. и А.С. Пушкины). Ответ необходимо аргументировать, опираясь на текст произведения, учитывать авторскую позицию и при необходимости излагать свою точку зрения.

В критериях оценивания заданий 16 нет требования обязательного использования теоретико-литературных понятий. Однако многие задания построены таким образом, что без опоры на эти понятия и без умения использовать их при анализе выполнить задание будет затруднительно (в этом случае отметка по первому критерию будет неизбежно снижена).

В заданиях 9 и 16 требуется написать развёрнутый ответ на вопрос о связи прозаического фрагмента или предложенного стихотворного текста с произведениями других русских писателей и поэтов. 

Формулировки заданий можно разбить на два типа.

1. Задание состоит из двух подвопросов. Первый относится к самому произведению, а второй проверяет умение сопоставлять литературные явления, находить тематические, образные, персонажные и т.д. параллели. Например:

9. Как автор «Слова о полку Игореве» относится к своему герою и в каких ещё произведениях русской литературы можно увидеть неоднозначное отношение автора к героям?

16 . Каков философский смысл стихотворения А.С. Пушкина «Туча» и кто из русских поэтов следовал пушкинской традиции в изображении природы и человека?

2. Другой тип задания требует назвать авторов и произведения, соотносящиеся с проанализированным текстом тематически, образно, эмоционально и т.д., а далее самостоятельно обосновать выявленные параллели. Например:

9. Что сближает с комедией А.С. Грибоедова «Горе от ума» другие произведения русской классики, обращённые к злободневным вопросам? (При сопоставлении укажите произведения и авторов.)

16. Каким русским поэтам близок С.А. Есенин своим отношением к Руси? С.А. Есенин. «Запели тёсаные дроги…» (Приведите 2–3 примера стихотворений и обоснуйте свой выбор).

 

Примерный план для развернутого сочинения на сопоставление.

1.Вступление (= тезис)

2.Ответ на вопрос:

а) первая позиция сопоставления, общее и различия в изображении, приемах, подходе к материалу и т.д.

б) вторая позиция сопоставления, общее и различия в изображении, приемах, подходе к материалу и т.д.

3. Заключение (= вывод), соответствующий тезису. 

 

Обратимся к примеру.

Кто из русских поэтов обращался к теме родной природы и какие мотивы сближают их произведения со стихотворением А.А. Фета? 

К теме родной природы и до, и после А.А. Фета обращались многие русские поэты, ведь отражённое в стихах настроение и состояние природного мира зачастую позволяет автору выразить свои переживания.

В «Зимнем утре» А.С. Пушкина картины природы вызывают у лирического героя ассоциации с чем-то светлым, чудным, потому что его переполняет чувство любви, окрашивающее восторженным отношением всё вокруг: и блестящий на солнце снег, и “речку подо льдом”, то есть самые обыденные, привычные детали пейзажа. Этот мотив “прекрасного в обыденном” и сближает пушкинское стихотворение с «Вечером» Фета. 

Стихотворение М.Ю. Лермонтова «Когда волнуется желтеющая нива…» проникнуто чувством умиротворения и гармонии. Лермонтову, как и Фету, свойственно понимать и одушевлять природу. Более того, одушевлённая природа будто вступает в диалог с лермонтовским героем: “студёный ключ лепечет таинственную сагу”, “ландыш серебристый приветливо кивает головой”. Гармония, царящая в мире, помогает смирить тревогу в душе лирического героя. В этот момент и происходит единение с природой, с миром: “И счастье я могу постигнуть на земле, // И в небесах я вижу Бога”. 

Итак, стихотворение Фета с пушкинским сближает мотив красоты, которую поэт видит в родных зимних пейзажах. Мотивы единения с природой и умиротворяющей красоты окружающего мира — общие у Лермонтова и Фета. Лирические герои Пушкина и Лермонтова, подобно фетовскому, чувствуют неразрывную связь человека и природы. 

Комментарий.

В работе привлечение литературного контекста основано прежде всего на правильном понимании смысла вопроса. Особенно ценно в этой работе то, что выбор произведений продиктован личной позицией экзаменуемого: по его мнению, сближают стихи Пушкина и Лермонтова с «Вечером» Фета мотивы одушевления природы, её умиротворяющей красоты, прекрасного в обыденном. Автор сочинения объясняет, что дало ему повод для сопоставления, аргументирует свои рассуждения цитатами и кратким комментарием, показывающим, на каком основании сближаются в его сознании названные стихотворения. Последний абзац содержит вывод-итог, краткое обобщение сказанного.

Оценка задания — 3 балла: экзаменуемый обнаруживает понимание специфики задания: отвечает на вопрос, требующий привлечения литературного контекста, называет два произведения двух поэтов, в лирике которых есть общие с фетовскими мотивы; даёт содержательное обоснование сопоставления, приводит необходимые аргументы; фактические ошибки в ответе отсутствуют. 

Критерии оценивания заданий 9 и16 — общие. Требования к ответам 9-16 таковы: понимание специфики заданияточность и полнота ответа на главный (центральный) вопрос, привлечение литературного контекстаобоснование сопоставления (оно может опираться на изученный материал или предлагать собственные аспекты сопоставления), полнота аргументации, точность фактического материала. При этом привлечение литературного контекста следует обосновывать в первую очередь с литературоведческой точки зрения, и только во вторую — с позиции пишущего. Главное здесь — правильное понимание смысла вопроса

Примечание. При выполнении задания 16 для сопоставления с лирическим стихотворением можно использовать  только стихи. (Поэмы, роман в стихах – это иные жанры). 

ТЕМА ДРУЖБЫ В ЛИРИКЕ

Кто из русских поэтов обращался к традиционной теме дружбы?

«И.И. Пущину» А.С. Пушкин

Мой первый друг,

Мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!

Стихотворение «19 октября»

Роняет лес багряный свой убор,
Сребрит мороз увянувшее поле,
Проглянет день как будто поневоле
И скроется за край окружных гор.
Пылай, камин, в моей пустынной келье;
А ты, вино, осенней стужи друг,
Пролей мне в грудь отрадное похмелье,
Минутное забвенье горьких мук.

Печален я: со мною друга нет,
С кем долгую запил бы я разлуку,
Кому бы мог пожать от сердца руку
И пожелать веселых много лет.
Я пью один; вотще воображенье
Вокруг меня товарищей зовет;
Знакомое не слышно приближенье,
И милого душа моя не ждет.

Я пью один, и на брегах Невы
Меня друзья сегодня именуют...
Но многие ль и там из вас пируют?
Еще кого не досчитались вы?
Кто изменил пленительной привычке?
Кого от вас увлек холодный свет?
Чей глас умолк на братской перекличке?
Кто не пришел? Кого меж вами нет?

Он не пришел, кудрявый наш певец,
С огнем в очах, с гитарой сладкогласной:
Под миртами Италии прекрасной
Он тихо спит, и дружеский резец
Не начертал над русскою могилой
Слов несколько на языке родном,
Чтоб некогда нашел привет унылый
Сын севера, бродя в краю чужом.

Сидишь ли ты в кругу своих друзей,
Чужих небес любовник беспокойный?
Иль снова ты проходишь тропик знойный
И вечный лед полунощных морей?
Счастливый путь!.. С лицейского порога
Ты на корабль перешагнул шутя,
И с той поры в морях твоя дорога,
О волн и бурь любимое дитя!

Ты сохранил в блуждающей судьбе
Прекрасных лет первоначальны нравы:
Лицейский шум, лицейские забавы
Средь бурных волн мечталися тебе;
Ты простирал из-за моря нам руку,
Ты нас одних в младой душе носил
И повторял: «На долгую разлуку
Нас тайный рок, быть может, осудил!»

Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он как душа неразделим и вечен —
Неколебим, свободен и беспечен
Срастался он под сенью дружных муз.
Куда бы нас ни бросила судьбина,
И счастие куда б ни повело,
Всё те же мы: нам целый мир чужбина;
Отечество нам Царское Село.

Из края в край преследуем грозой,
Запутанный в сетях судьбы суровой,
Я с трепетом на лоно дружбы новой,
Устав, приник ласкающей главой...

С мольбой моей печальной и мятежной,
С доверчивой надеждой первых лет,
Друзьям иным душой предался нежной;
Но горек был небратский их привет.

И ныне здесь, в забытой сей глуши,
В обители пустынных вьюг и хлада,
Мне сладкая готовилась отрада:
Троих из вас, друзей моей души,
Здесь обнял я. Поэта дом опальный,
О Пущин мой, ты первый посетил;
Ты усладил изгнанья день печальный,
Ты в день его лицея превратил.

Ты, Горчаков, счастливец с первых дней,
Хвала тебе — фортуны блеск холодный
Не изменил души твоей свободной:
Все тот же ты для чести и друзей.
Нам разный путь судьбой назначен строгой;
Ступая в жизнь, мы быстро разошлись:
Но невзначай проселочной дорогой
Мы встретились и братски обнялись.

Когда постиг меня судьбины гнев,
Для всех чужой, как сирота бездомный,
Под бурею главой поник я томной
И ждал тебя, вещун пермесских дев,
И ты пришел, сын лени вдохновенный,
О Дельвиг мой: твой голос пробудил
Сердечный жар, так долго усыпленный,
И бодро я судьбу благословил…

 

Обращаясь к теме дружбы в поэзии Александра Сергеевича Пушкина, нельзя не отметить, что истоки понимания поэтом этого чувства берут начало в его счастливых лицейских годах. Именно во время учебы в Царскосельском лицее поэт проникся духом товарищества и братства. Своим друзьям он посвятил немало произведений, одно из которых - «19 октября». Поэт с тоской вспоминает о своих товарищах, которые в этот день «пируют» «на брегах Невы», размышляет о том, «еще кого не досчитались» его лицейские друзья. В его воспоминаниях друзья, которых он обрел в Царскосельском лицее, предстают как единственно надежные и верные, а сам Лицей — как «отечество», родной дом. Горечь одиночества смягчается, когда в воображении поэта возникают образы милых его сердцу людей. Дружба спасает его от ―сетей судьбы суровой‖, помогает преодолеть мучительность ссылки и дарит ему надежду на встречу в будущем.

Стихотворение «По улице моей который год…» Б. Ахмадулина.

По улице моей который год

звучат шаги - мои друзья уходят.

Друзей моих медлительный уход

той темноте за окнами угоден.

Запущены моих друзей дела,

нет в их домах ни музыки, ни пенья,

и лишь, как прежде, девочки Дега

голубенькие оправляют перья.

Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх

вас, беззащитных, среди этой ночи.

К предательству таинственная страсть,

друзья мои, туманит ваши очи.

О, одиночество, как твой характер крут!

Посверкивая циркулем железным,

как холодно ты замыкаешь круг,

не внемля увереньям бесполезным.

Так призови меня и награди!

Твой баловень, обласканный тобою,

утешусь, прислонясь к твоей груди,

умоюсь твоей стужей голубою.

Дай стать на цыпочки в твоем лесу,

на том конце замедленного жеста

найти листву, и поднести к лицу,

и ощутить сиротство, как блаженство.

Даруй мне тишь твоих библиотек,

твоих концертов строгие мотивы,

и - мудрая - я позабуду тех,

кто умерли или доселе живы.

И я познаю мудрость и печаль,

свой тайный смысл доверят мне предметы.

Природа, прислонясь к моим плечам,

объявит свои детские секреты.

И вот тогда - из слез, из темноты,

из бедного невежества былого

друзей моих прекрасные черты

появятся и растворятся снова.

 

Этот же мотив можно заметить и в стихотворении Б. Ахмадулиной. Люди взрослеют, у них остаётся мало времени на общение друг с другом. У каждого свои дела и заботы. И лишь изредка они ненадолго встречаются и «растворяются снова». В молодости люди больше времени проводят с друзьями, заводят какие-то новые знакомств. А в зрелом возрасте они иногда встречаются с самыми близкими, прощая им многое и дорожа их памятью:

"Если друг оказался вдруг» В. Высоцкий

Если друг оказался вдруг

И не друг, и не враг, а - так,

Если сразу не разберешь,

Плох он или хорош,-

Парня в горы тяни - рискни!

Не бросай одного его,

Пусть он в связке в одной с тобой

Там поймешь, кто такой.

Если парень в горах - не ах,

Если сразу раскис и - вниз,

Шаг ступил на ледник и - сник,

Оступился - и в крик,-

Значит, рядом с тобой - чужой,

Ты его не брани - гони:

Вверх таких не берут, и тут

Про таких не поют.

Если ж он не скулил, не ныл,

Пусть он хмур был и зол, но - шел,

А когда ты упал со скал,

Он стонал, но - держал,

Если шел за тобой, как в бой,

На вершине стоял хмельной,-

Значит, как на себя самого,

Положись на него.

«Песня о друге» — одно из наиболее ярких произведений в творчестве B. Высоцкого, посвященное теме дружбы как наивысшей нравственной категории. В этом стихотворении поэт рисует образ настоящего друга, который не предаст никогда.

А. Блок

Ты твердишь, что я холоден, замкнут и сух.
Да, таким я и буду с тобой:
Не для ласковых слов я выковывал дух,
Не для дружб я боролся с судьбой.
Ты и сам был когда-то мрачней и смелей,
По звездам прочитать ты умел,
Что грядущие ночи — темней и темней,
Что ночам неизвестен предел.
Вот — свершилось. Весь мир одичал, и окрест
Ни один не мерцает маяк.
И тому, кто не понял вещания звезд,—
Нестерпим окружающий мрак.
И у тех, кто не знал, что прошедшее есть,
Что грядущего ночь не пуста,—
Затуманила сердце усталость и месть,
Отвращенье скривило уста...
Было время надежды и веры большой
Был я прост и доверчив, как ты.
Шел я к людям с открытой и детской душой,
Не пугаясь людской клеветы...
А теперь — тех надежд не отыщешь следа,
Всё к далеким звездам унеслось.
И к кому шел с открытой душою тогда,
От того отвернуться пришлось.
И сама та душа, что, пылая, ждала,
Треволненьям отдаться спеша,—
И враждой, и любовью она изошла,
И сгорела она, та душа.
И остались — улыбкой сведенная бровь,
Сжатый рот и печальная власть
Бунтовать ненасытную женскую кровь,
Зажигая звериную страсть...
Не стучись же напрасно у плотных дверей,
Тщетным стоном себя не томи:
Ты не встретишь участья у бедных зверей
Называвшихся прежде людьми.
Ты — железною маской лицо закрывай,
Поклоняясь священным гробам,
Охраняя железом до времени рай,
Недоступный безумным рабам.

В русской лирике есть множество стихов, славящих и воспевающих дружбу как одно из самых прекрасных чувств, связывающих людей между собой. Резким диссонансом в поток этих стихов врывается лирика Блока, в которой дружба предстает в совершенно ином свете и почти каждое слово о ней словно облито злостью, горечью, желчью, пронизано духом сарказма. Пожалуй, нет другого поэта, в творчестве которого дружба подвергалась бы таким ожесточенным нападкам, как это мы видим в лирике Блока. Лишь только в ней заходит речь о дружбе – кажется, что горло поэта перехватывает судорога боли и гнева и он не может найти иных слов, кроме самых резких и язвительных. Для того чтобы уяснить характер стихов Блока о дружбе, нам следует принять во внимание то, что их порождало, отношения поэта с окружающей его средой, с людьми, которые становились ему на какой-то период наиболее близкими и в конце концов переходившими (как это обычно бывало) в стан его ожесточенных и непримиримых врагов.

ТЕМА ПАМЯТНИКА

Кто из русских поэтов обращался к традиции создания стихотворения -«памятника», в котором подводил итог своего поэтического творчества, и в чём сходство и различие этих стихотворений?

Тема поэта и поэзии традиционная, сквозная в европейской культуре. Монолог поэта о самом себе встречается еще в античной поэзии. Так, ода Горация “К Мельпомене” в переводе М.В. Ломоносова послужила основой для стихотворений Г.Р. Державина и А.С. Пушкина о “памятнике”. Основные ее аспекты – процесс творчества, его цель и смысл, взаимоотношения поэта с читателем, с властью, с самим собой. Таким образом, среди поэтов разных эпох была традиция лирического изображения “нерукотворного” памятника, как бы подводящего итог творческой деятельности. Сегодня на уроке мы сопоставим стихотворения М.В. Ломоносова, Г.Р. Державина, А.С. Пушкина. Проследим, как развивается тема поэта и поэзии в этих произведениях, чем разнится позиция авторов в понимании этой темы? Сравним художественные средства, с помощью которых выражена точка зрения поэтов.

Я знак бессмертия себе воздвигнул

Превыше пирамид и крепче меди,

Что бурный аквилон сотреть не может,

Ни множество веков, ни едка древность.

Не вовсе я умру; но смерть оставит

Велику часть мою, как жизнь скончаю.

Я буду возрастать повсюду славой

Пока великий Рим владеет светом.

Где быстрыми шумит струями Авфид,

Где Давнус царствовал в простом народе,

Отечество мое молчать не будет,

Что мне беззнатный род препятством не был,

Чтоб внесть в Италию стихи эольски

И перьвому звенеть Алцейской лирой.

Взгордися праведной заслугой, муза,

И увенчай главу дельфийским лавром.

М. Ломоносов.

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный;

Металлов тверже он и выше пирамид;

Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,

И времени полет его не сокрушит.

Так! – весь я не умру, но часть меня большая,

От тлена убежав, по смерти станет жить,

И слава возрастет моя, не увядая,

Доколь славянов род вселена будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных,

Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;

Всяк будет помнить то в народах неисчетных,

Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге

О добродетелям Фелицы возгласить,

В сердечной простоте беседовать о боге

И истину царям с улыбкой говорить.

О Муза! Возгордись заслугой справедливой,

И презрит кто тебя, сама тех презирай;

Непринужденною рукой неторопливой

Чело твое зарей бессмертия венчай. Державин

ПАМЯТНИК

Sume superbiam... Horatius

[Преисполнись гордости... - Гораций (лат.)]

Мой памятник стоит, из строф созвучных сложен.

Кричите, буйствуйте, - его вам не свалить!

Распад певучих слов в грядущем невозможен, -

Я есмь и вечно должен быть.

И станов всех бойцы, и люди разных вкусов,

В каморке бедняка, и во дворце царя,

Ликуя, назовут меня - Валерий Брюсов,

О друге с дружбой говоря.

В сады Украины, в шум и яркий сон столицы,

К преддверьям Индии, на берег Иртыша, -

Повсюду долетят горящие страницы,

В которых спит моя душа.

За многих думал я, за всех знал муки страсти,

Но станет ясно всем, что эта песнь - о них,

И, у далеких грез в неодолимой власти,

Прославят гордо каждый стих.

И в новых звуках зов проникнет за пределы

Печальной родины, и немец, и француз

Покорно повторят мой стих осиротелый,

Подарок благосклонных Муз.

Что слава наших дней? - случайная забава!

Что клевета друзей? - презрение хулам!

Венчай мое чело, иных столетий Слава,

Вводя меня в всемирный храм.

Июль 1912 В. Брюсов

Я памятник воздвиг себе иной!
К постыдному столетию - спиной.
К любви своей потерянной - лицом.
И грудь - велосипедным колесом.
А ягодицы - к морю полуправд.

Какой ни окружай меня ландшафт,
чего бы ни пришлось мне извинять, -
я облик свой не стану изменять.
Мне высота и поза та мила.
Меня туда усталось вознесла.

Ты, Муза, не вини меня за то.
Рассудок мой теперь, как решето,
а не богами налитый сосуд.
Пускай меня низвергнут и снесут,
пускай в самоуправстве обвинят,
пускай меня разрушат, расчленят, -

в стране большой, на радость детворе
из гипсового бюста во дворе
сквозь белые незрячие глаза
струёй воды ударю в небеса.

И. Бродский

К традиции создания стихотворения-памятника обращались многие русские поэты. Исследователи насчитывают двенадцать подобных произведений. Среди них наиболее известными являются такие стихотворения, как «Я знак бессмертия себе воздвигнул…»М. В. Ломоносова и «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» А. С. Пушкина. С одой Г.Р. Державина их объединяет общая тематика. Все три произведения посвящены теме бессмертия поэта и высокого назначения поэзии. В своих «памятниках» поэты декларируют огромное значение творений в жизни общества. Как показывает история, эти великие поэты: Державин, Ломоносов и Пушкин - предвидели своё бессмертие в сердцах читателей.

Несмотря на общность тем, стихотворения имеют ряд отличий друг от друга. Так, А. С. Пушкин отступает от наследия Г.Р. Державина и М.В. Ломоносова. В своих размышлениях поэт размышляет о «жестоком веке», о своей судьбе и неизмеримой силе поэзии. Он пишет, что в памяти людей останется потому, что славил свободу и «милость к падшим призывал». Стихотворение – «памятник» Пушкина – произведение, наследующее традиции классицистов, но при этом проникнуто личными переживаниями поэта. «Памятники» М.В. Ломоносова и Г.Р. Державина являются переложениями оды «Горация». Но в отличие от Ломоносова, чья «памятниковая» ода ближе к оригиналу, Державин высказывает собственное мнение на роль поэтического творчества. По мнению поэта, предназначение его стихотворений – это распространение просвещения. Приверженец абсолютизма, он мог бесстрашно «истину царям с улыбкой говорить».

Итак, «Памятники» Ломоносова, Державина и Пушкина, несмотря на созвучность поднимаемых тем, отличаются смысловыми акцентами.

ОБРАЗ АНГЕЛА

«Ангел» М. Ю. Лермонтов

По небу полуночи Ангел летел
И тихую песню он пел.
И месяц, и звезды, и тучи толпой
Внимали той песне святой.

Он пел о блаженстве безгрешных духов
Под кущами райских садов.
О Боге Великом он пел, и хвала
Его непритворна была.

Он душу младую в объятиях нес
Для мира печали и слез,
И звук его песни в душе молодой
Остался без слов, но живой,

И долго на свете томилась она
Желанием чудным полна,
И звуков небес заменить не могли
Ей скучные песни земли.

Христианские мотивы в творчестве М.Ю. Лермонтова – это очень глубокая и многогранная тема. Она включает в себя религиозные, библейские мотивы, богоборческую и демоническую темы.

«Ангел» - самое загадочное стихотворение, написанное Лермонтовым в возрасте шестнадцати лет, в 1831 году. Повествует оно о рождении нового человека, душу которого несет ангел, чтобы воссоединить ее с телом еще до того, как ребенок появится на свет. Во время этого загадочного ночного путешествия ангел поет удивительную по красоте песню, в которой восхваляет достоинства праведной жизни и обещает пока еще безгрешной душе младенца вечный рай. Однако реалии земной жизни весьма далеки от небесного блаженства, ребенку с детства предстоит столкнуться с болью и унижениями, печалью и слезами. Но отзвук волшебной песни ангела навсегда остался в душе человека, и он пронес через всю свою долгую жизнь. Думается, образ ангела, воспетый в стихотворении, – это образ души Лермонтова, которая ищет воплощение его мечты и идеалов

А. Блок «Сусальный ангел»

На разукрашенную елку
И на играющих детей
Сусальный ангел смотрит в щелку
Закрытых наглухо дверей.

А няня топит печку в детской,
Огонь трещит, горит светло...
Но ангел тает. Он - немецкий.
Ему не больно и тепло.

Сначала тают крылья крошки,
Головка падает назад,
Сломались сахарные ножки
И в сладкой лужице лежат...

Потом и лужица засохла.
Хозяйка ищет - нет его...
А няня старая оглохла,
Ворчит, не помнит ничего...

Ломайтесь, тайте и умрите,
Созданья хрупкие мечты,
Под ярким пламенем событий,
Под гул житейской суеты!

Так! Погибайте! Что в вас толку?
Пускай лишь раз, былым дыша,
О вас поплачет втихомолку
Шалунья девочка - душа...

Стихотворение А. Блока “Сусальный ангел” - поэтический отклик на рассказ

Л. Андреева “Ангелочек”, в нем символически звучит образ ангела. Центральным мотив - человека над земной обыденностью возвышает мечта, порыв к возвышенному. Однако образа тающего ангела подчёркивает трагическую безысходность земного бытия. Ничего не осталось от ангела, воплощающего собой все чистое и прекрасное - лишь только душа будет хранить воспоминания об этом, пусть остальные и растопчут все хрупкие мечты

Александр Пушкин

В дверях эдема ангел нежный
Главой поникшею сиял,
А демон мрачный и мятежный
Над адской бездною летал.

Дух отрицанья, дух сомненья
На духа чистого взирал
 

И жар невольный умиленья
Впервые смутно познавал.

"Прости,- он рек,- тебя я видел,
И ты недаром мне сиял:
Не все я в небе ненавидел,
Не все я в мире презирал.

В  основе сюжета антитеза. Пушкин противопоставляет нежного ангела и мрачного демона. Вначале перед нами предстает образ ангела с поникшей головой. Тут же появляется мятежный демон, летающий над адской бездной. Ангел сравнивается с чистым духом, а демон – с духом отрицанья и сомненья. Это лирическое стихотворение, относящееся к романтизму. Если в начале произведения происходит сравнение двух образов, то в конце демон у ангела просит прощения. Он говорит о том, что на самом деле не является таким злым, каким его все представляют. Демон не все презирал и ненавидел. В итоге добро все-таки восторжествовало и даже «мрачный демон» не устоял перед «нежным ангелом».

Анна Ахматова

Божий Ангел, зимним утром
Тайно обручивший нас,
С нашей жизни беспечальной
Глаз не сводит потемневших.

Оттого мы любим небо,
Тонкий воздух, свежий ветер
И чернеющие ветки
За оградою чугунной.

Оттого мы любим строгий,
Многоводный, темный город,
И разлуки наши любим,
И часы недолгих встреч.

 

                                                                           ОБРАЗ ДЕМОНА

М. Лермонтов «Мой демон»

Собранье зол его стихия;
Носясь меж темных облаков,
Он любит бури роковые
И пену рек и шум дубров;
Он любит пасмурные ночи,
Туманы, бледную луну,
Улыбки горькие и очи
Безвестные слезам и сну.

К ничтожным хладным толкам света
Привык прислушиваться он,
Ему смешны слова привета
И всякий верящий смешон;
Он чужд любви и сожаленья,
Живет он пищею земной,
Глотает жадно дым сраженья
И пар от крови пролитой.
Родится ли страдалец новый,
Он беспокоит дух отца,
Он тут с насмешкою суровой
И с дикой важностью лица;
Когда же кто-нибудь нисходит
В могилу с трепетной душой,
Он час последний с ним проводит,
Но не утешен им больной.

И гордый демон не отстанет,
Пока живу
я, от меня
И ум мой озарять он станет
Лучом чудесного огня;
Покажет образ совершенства
И вдруг отнимет навсегда
И, дав предчувствия блаженства,
Не даст мне счастья никогда.

 

Христианские мотивы в творчестве М.Ю. Лермонтова – это очень глубокая и многогранная тема. Она включает в себя религиозные, библейские мотивы, богоборческую и демоническую темы.

В первых восьми строках стихотворения Лермонтов изображает Демона через природу, создавая при этом отчетливый мотив движения – шум дубров, пена рек, носясь меж облаками. Приносящему разрушения и страдания Демону по душе «роковые бури». Символ мятежного начала, Демон привлекает юного поэта силой духа, своим неутомимым стремлением к действию. Титан, презревший власть Бога, восседает на своем «недвижном троне», властвуя над миром человеческих чувств, страстей, пороков. Демон ненавидит мир, весь смысл его существования – губить все доброе. Поэт рисует фигуру Демона, этого воплощения зла («Собранье зол его стихия»), во всем своем страшном и одновременно притягательном величии. Но при этом лермонтовский Демон удивительным образом сочетает величие и мощь титана с печалью и унынием («Сидит уныл и мрачен он»): обрекший сам себя на такое существование, Демон бесконечно одинок в этом мире, его окружают лишь «ветры онемевшие», и ни одна живая душа не разделит его одиночество.

Демон» А.С. Пушкин

В те дни, когда мне были новы
Все впечатленья бытия -
И взоры дев, и шум дубровы,
И ночью пенье соловья,-
Когда возвышенные чувства,
Свобода, слава и любовь
И вдохновенные искусства
Так сильно волновали кровь,-
Часы надежд и наслаждений
Тоской внезапной осеня,
Тогда какой-то злобный гений
Стал тайно навещать меня.
Печальны были наши встречи:
Его улыбка, чудный взгляд,
Его язвительные речи
Вливали в душу хладный яд.
Неистощимой клеветою
Он провиденье искушал;
Он звал прекрасное мечтою;
Он вдохновенье презирал;
Не верил он любви, свободе;
На жизнь насмешливо глядел -
И ничего во всей природе
Благословить он не хотел.

 

«Демон» написан Пушкиным в 1823 году, в то время, когда в душе поэта царил скепсис. «Злой гений», посещающий лирического героя «Демона», олицетворяет глубокую разочарованность в окружающем мире. Он презирает вдохновение, не верит в любовь и свободу, глядит насмешливо на жизнь. Приход демона обозначает перелом в сознании человека, который в молодости был полон мечтами и надеждами, а повзрослев, понял их ничтожность. Пушкинское стихотворение «Демон» построено целиком в форме прошедшего времени, как рассказ пережитом, уже не имеющем отношения к настоящему. Встреча с демоном у Пушкина - лишь эпизод в развитии внутреннего мира поэта, и сам образ демона выступает как бы сквозь дымку воспоминания, обрисованный сжато и только в духовном плане, без каких-либо внешних портретных примет и декоративных подробностей.

 

Николай Некрасов

Где ты, мой старый мучитель,
Демон бессонных ночей?
Сбился я с толку, учитель,
С братьей болтливой моей.

Дуешь, бывало, на пламя -
Пламя пылает сильней,
Краше волнуется знамя
Юности гордой моей.

Прямо ли, криво ли вижу,
Только душою киплю:
Так глубоко ненавижу,
Так бескорыстно люблю!

Нынче я всё понимаю,
Всё объяснить я хочу,
Всё так охотно прощаю,
Лишь неохотно молчу.

Что же со мною случилось?
Как разгадаю себя?
Всё бы тотчас объяснилось,
Да не докличусь тебя!

Способа ты не находишь
Сладить с упрямой душой?
Иль потому не приходишь,
Что уж доволен ты мной?

В произведении по-новому представлен образ Демона. Он не похож на образы, созданные ранее Лермонтовым и Пушкиным. Некрасовский Демон практически лишен налета сверхъестественности, таинственности. В результате получается образ почти земной, в некоторой степени даже обыкновенный, обыденный.

Некрасов представляет читателям стихотворца как обычного человека, который может совершать ошибки, в чем-то сомневаться, быть подверженным депрессиям. Демон — это часть его двойственной натуры. Как только уходит Демон, Поэт больше не способен писать на темы социальные. Нуждается ли стихотворец во второй части своей души? Скорее да, нежели нет. Усомниться в однозначности ответа заставляют две последние строки стихотворения:
Иль потому не приходишь,
Что уж доволен ты мной?
Возможно, Поэт уже выполнил свою миссию перед обществом. В его гражданской лирике более нет необходимости.

                                                                               

ТЕМА БУДУЩЕГО

«Если жизнь тебя обманет» А.С. Пушкин

Если жизнь тебя обманет,

Не печалься, не сердись!

день уныния смирись:

День веселья, верь, настанет.

Сердце в будущем живёт;

Настоящее уныло:

Всё мгновенно, всё пройдет;

Что пройдет, то будет мило.

«Если жизнь тебя обманет…» можно отнести к философской лирике. Здесь мы видим раздумья автора над вечными вопросами, которые волнуют каждого человека: о радости и горе, о смысле жизни, о настоящем и будущем. Нужно принять жизнь такой, какая она есть. Так же нужно помнить, что «все мгновенно, все пройдет». Когда-нибудь любые трудности заканчиваются. Мы оглядываемся назад и понимаем, что все было не так уж и плохо  Автор призывает с оптимизмом смотреть в будущее.

Михаил Лермонтов

Гляжу на будущность с боязнью,
Гляжу на прошлое с тоской
И, как преступник перед казнью,
Ищу кругом души родной;
Придет ли вестник избавленья
Открыть мне жизни назначенье,
Цель упований и страстей,
Поведать — что мне бог готовил,
Зачем так горько прекословил
Надеждам юности моей.

Земле я отдал дань земную
Любви, надежд, добра и зла;
Начать готов я жизнь другую,
Молчу и жду: пора пришла;
Я в мире не оставлю брата,
И тьмой и холодом объята
Душа усталая моя;
Как ранний плод, лишенный сока,
Она увяла в бурях рока
Под знойным солнцем бытия.

Особенностью ранней лирики М.Ю. Лермонтова является специфическое понимание поэтом времени. Романтик иногда чувствует себя причастным к прошлому, часто тоскует о будущем, но никогда духовно не принимает настоящее, остается ему чуждым со строгой последовательностью. Прошлое, как правило, ассоциируется с утраченным раем, в будущем видится возможность соединения с мировым целым, а настоящее рассматривается как неизбежная преграда на пути к идеалу.  Прошлое в лирике поэта связано с реальными воспоминаниями Лермонтова, настоящее семантически связано либо с отражением прошлого, либо с  ожиданием будущего. Категория же будущего в лирике Лермонтова далеко не однозначна. Она вызывает у поэта противоречивые эмоции.

«Во весь голос». Вступление. В. Маяковский

Мечта о будущем – лейтмотив всего творчества Маяковского. Он возникает уже в ранних произведениях молодого поэта и звучит во всех поэмах, написанных после революции. Маяковский, как известно, является одной из центральных фигур русского футуризма, а футуризм заявил о себе как искусство будущего.

В поэме «Во весь голос» поэт обращается к читателям будущего, называя их «товарищи потомки». Здесь нет ни одного слова, относящегося к человеку реального времени, он разговаривает с нами «через хребты веков», «как живой с живыми говорит». Поэт снова твердит, что всё новое рано или поздно ворвётся в жизнь и будет существовать, что его «стих громаду лет прорвёт/ и явится весомо, грубо, зримо, как в наши дни вошёл водопровод,/ сработанный ещё рабами Рима». Во вступлении к поэме «Во весь голос» Маяковский буквально кричит, призывает и вдохновляет читателей к строительству светлого будущего

МОТИВ ЖИЗНИ И СМЕРТИ

«Смерть» М. Ю. Лермонтов


Закат горит огнистой полосою,
Любуюсь им безмолвно под окном,
Быть может, завтра он заблещет надо мною,
Безжизненным, холодным мертвецом;
Одна лишь дума в сердце опустелом,
То мысль об ней. О, далеко она;
И над моим недвижным, бледным телом
Не упадет слеза ее одна.
Ни друг, ни брат прощальными устами
Не поцелуют здесь моих ланит;
И сожаленью чуждыми руками
В сырую землю буду я зарыт.
Мой дух утонет в бездне бесконечной!..
Но ты! О, пожалей о мне, краса моя!
Никто не мог тебя любить, как я,
Так пламенно и так чистосердечно.

Смерть — постоянный предмет философской рефлексии и поэтических переживаний Лермонтова, тесно связанный с размышлениями о вечности и времени, о бессмертии и о любви. Ожидание смерти как освобождения от земных мук и страданий — распространенный мотив романтической поэзии у поэта.

Лермонтову не свойственно пушкинское гармоничное ощущение природного кругооборота, смены поколений, смягчающее трагизм смерти. Смерть переживается в его поэзии как бессмысленное поглощение мирозданием человеческой индивидуальности. Поэту чужда просветительская ирония над «тайнами гроба». Смерть для него — роковая тайна, не вмещаемая человеческим разумом, и он стремится не к разгадке, а к более глубокому ощущению тайны смерти. Трагизм ее Лермонтов видит, прежде всего, в невозможности личного бессмертия, в бесследном исчезновении духовного «Я», с уничтожением которого Лермонтову так трудно примириться: «В сырую землю буду я зарыт. / Мой дух утонет в бездне бесконечной!» Сама по себе смерть не страшит поэта; ужасно связанное с ней забвение и гибель любви.

«О, смерть! Я твой. Повсюду вижу…» Ф. Сологуб.

О смерть! Я — твой. Повсюду вижу

Одну тебя, — и ненавижу

Очарования земли.

Людские чужды мне восторги,

Сраженья, праздники и торги,

Весь этот шум в земной пыли.

Твоей сестры несправедливой,

Ничтожной жизни, робкой, лживой,

Отринул я издавна власть.

Не мне, обвеянному тайной

Твоей красы необычайной,

Не мне к ногам её упасть.

Не мне идти на пир блестящий,

Огнём надменным тяготящий

Мои дремотные глаза,

Когда на них уже упала,

Прозрачней чистого кристалла,

Твоя холодная слеза.

Приговор жизни давно вынес Ф. Сологуб ещё в программном стихотворении «О, смерть! Я твой. Повсюду вижу…». Ф. Сологуб утверждает эстетику смерти.

«До свиданья, друг мой, до свиданья…» С. Есенин.

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Предназначенное расставанье

Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,

Не грусти и не печаль бровей, —

В этой жизни умирать не ново,

Но и жить, конечно, не новей.

Это последнее (предсмертное) стихотворение поэта. По мнению экспертов, написано кровью Есенина, т.к. в номере гостиницы не было чернил. Сергей Александрович прощается с «милым другом», то есть с читателем. По мнению поэта, смерть – абсолютно нормальное (банальное) явление, а жизнь ещё более банальна. Стихотворение является откровением. Чувствуется, что строки шли прямо из намаявшейся души.  Но какая бы тоска и уныние ни вдохновили поэта на создание этой эпитафии самому себе, впечатление оно оставляет скорее светлое. Прощание без надрыва и слёз; признание равной ценности жизни и смерти, и к тому же — всё-таки надежда на будущую встречу. Так проститься с бытием и людьми мог только истинный поэт.

«Отрада» З. Гиппиус.

Мой друг, меня сомненья не тревожат. 
Я смерти близость чувствовал давно. 
В могиле, там, куда меня положат, 
Я знаю, сыро, душно и темно. 
Но не в земле — я буду здесь, с тобою, 
В дыханье ветра, в солнечных лучах, 
Я буду в море бледною волною 
И облачною тенью в небесах. 

И будет мне чужда земная сладость 
И даже сердцу милая печаль, 
Как чужды звездам счастие и радость... 
Но мне сознанья моего не жаль, 
Покоя жду... Душа моя устала... 
Зовет к себе меня природа-мать... 
И так легко, и тяжесть жизни спала... 
О, милый друг, отрадно умирать! 

 

Одним из центральных мотивов ранней («декадентской») поэзии Гиппиус, ставшим затем постоянным в ее стихотворном творчестве, является мотив смерти. В разные годы он получает различное осмысление и художественное воплощение.

В стихотворении отчетливо заметны мотивы бессилия, покинутости, бессмысленности человеческого существования, с одной стороны, и привлекательности, спасительности смерти — с другой. Лирическая героиня – между жизнью и смертью. И жизнь, и смерть взаимосвязаны. Героиня, тяготясь земным существованием, спокойно, без страха говорит о собственной смерти.

 

М. Цветаева.

Молитва
Христос и Бог! Я жажду чуда
Теперь, сейчас, в начале дня!
О, дай мне умереть, покуда
Вся жизнь как книга для меня.
Ты мудрый, Ты не скажешь строго:
- "Терпи, еще не кончен срок".
Ты сам мне подал - слишком много!
Я жажду сразу - всех дорог!
Всего хочу: с душой цыгана
Идти под песни на разбой,
За всех страдать под звук органа
и амазонкой мчаться в бой;
Гадать по звездам в черной башне,
Вести детей вперед, сквозь тень...
Чтоб был легендой - день вчерашний,
Чтоб был безумьем - каждый день!
Люблю и крест, и шелк, и каски,
Моя душа мгновений след...
Ты дал мне детство - лучше сказки
И дай мне смерть - в семнадцать лет!

Самоубийство

Был вечер музыки и ласки,
Все в дачном садике цвело.
Ему в задумчивые глазки
Взглянула мама так светло!
Когда ж в пруду она исчезла
И успокоилась вода,
Он понял — жестом злого жезла
Ее колдун увлек туда.
Рыдала с дальней дачи флейта
В сияньи розовых лучей…
Он понял — прежде был он чей-то,
Теперь же нищий стал, ничей.
Он крикнул: «Мама!», вновь и снова,
Потом пробрался, как в бреду,
К постельке, не сказав ни слова
О том, что мамочка в пруду.
Хоть над подушкою икона,
Но страшно! — «Ах, вернись домой!»
…Он тихо плакал. Вдруг с балкона
Раздался голос: «Мальчик мой!»


Любовь и грусть — сильнее смерти».
Сильнее смерти… Да, о да!.

Многие литературоведы отмечают, что тема смерти была в начале ХХ века модной, и интерес юной Цветаевой к этой теме не более чем дань литературной моде. Однако искренность чувства,  яростное неприятие смерти во имя жизни делают эти стихотворения подлинным шедеврами. Начинающая поэтесса в своём творчестве очень часто обращалась к теме смерти, словно бы пытаясь заглянуть в мир, который ей ещё недоступен

                                                                       

ОБРАЗ КРЕСТА

В дохристианский период крест был символом солнца и огня, а также жизни, поэтому использовался как оберег от зла и символ спасения. Крест - основополагающий символ христианства. Он является символом веры. Для христианина крест - это символ не смерти, а жизни.

«Крест на скале» М. Лермонтов

В теснине Кавказа я знаю скалу,
Туда долететь лишь степному орлу,
Но крест деревянный чернеет над ней,
Гниет он и гнется от бурь и дождей.

И много уж лет протекло без следов
С тех пор, как он виден с далеких холмов.
И каждая кверху подъята рука,
Как будто он хочет схватить облака.

О если б взойти удалось мне туда,
Как я бы молился и плакал тогда;
И после я сбросил бы цепь бытия
И с бурею братом назвался бы я!

«Россия» А. Блок

Опять, как в годы золотые,
Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы росписные
В расхлябанные колеи...
Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые,-
Как слезы первые любви!
Тебя жалеть я не умею
И крест свой бережно несу...

Какому хочешь чародею
Отдай разбойную красу!
Пускай заманит и обманет,-
Не пропадешь, не сгинешь ты,
И лишь забота затуманит
Твои прекрасные черты...
Ну что ж? Одной заботой боле -
Одной слезой река шумней
А ты все та же - лес, да поле,
Да плат узорный до бровей...
И невозможное возможно,
Дорога долгая легка,
Когда блеснет в дали дорожной
Мгновенный взор из-под платка,
Когда звенит тоской острожной
Глухая песня ямщика!..

 

Тема Родины занимала особое место в жизни А. Блока, она была для него поистине всеобъемлющей. Он считал ее своей темой, которой сознательно посвящал жизнь. У поэта с Россией образовалась явственная, кровная связь. Особое значение приобретают стихотворения, где поэт развертывает «широкоохватный» образ Родины и подчеркивает свою неразрывную связь с ней, с русской стариной, с русским пейзажем, фольклором, сказкой, песней. Строка «И крест свой бережно несу» обращает читателя к еще одной традиции русской литературы – ассоциации с подвигом Иисуса Христа. Нести на себе свой крест означало, что человек не волен выбирать себе судьбу, а должен проживать ту, что предопределена свыше. Кому суждено родиться в России, значит, и жизнь его должна быть связана с этой страной.

«Любить иных – тяжелый крест Б. Пастернак

Любить иных - тяжелый крест,

А ты прекрасна без извилин,

И прелести твоей секрет

Разгадке жизни равносилен.

Весною слышен шорох снов

И шелест новостей и истин.

Ты из семьи таких основ.

Твой смысл, как воздух, бескорыстен.

Легко проснуться и прозреть,

Словесный сор из сердца вытрясть

И жить, не засоряясь впредь,

Всё это - не большая хитрость

Стихотворение «Любить иных – тяжелый крест…» было написано в 1931 году. Это своеобразное откровение поэта и представляет собой обращение к возлюбленной. Лирический герой говорит о том, что любить порою очень непросто.  Пастернак считает любовное состояние самым ценным, что есть у человека, ибо только в любви люди проявляют самые лучшие свои качества. «Любить иных – тяжелый крест…» - гимн любви, ее чистоте и красоте, ее незаменимости и необъяснимости. Нужно сказать, что до последних дней именно это чувство делало Б.Л. Пастернака сильным и неуязвимым, несмотря на все сложности жизни.

В христианской традиции крест – символ страдания и святости. Поэтому в словах “скрещенье”, “крестообразно” не только смысл физической близости мужчины и женщины, но и скрытая тема святости. Любовь, страсть в стихотворении Пастернака – это и страдание, которое приносит искупление и спасение. Лирический герой говорит о том, что любить порою очень непросто.

Николай Некрасов

Пророк
 

Не говори: "Забыл он осторожность!
Он будет сам судьбы своей виной!.."
Не хуже нас он видит невозможность
Служить добру, не жертвуя собой.

Но любит он возвышенней и шире,
В его душе нет помыслов мирских.
"Жить для себя возможно только в мире,
Но умереть возможно для других!"

Так мыслит он - и смерть ему любезна.
Не скажет он, что жизнь его нужна,
Не скажет он, что гибель бесполезна:
Его судьба давно ему ясна...

Его еще покамест не распяли,
Но час придет - он будет на кресте;
Его послал бог Гнева и Печали
Рабам земли напомнить о Христе.

Сложность проблемы состоит в том, что Некрасов не был глубоко верующим человеком, в его творчестве переплетаются революционные идеи и связанные с ними чувства и библейские, евангельские мотивы. Кстати, следует сказать, что самые революционные стихотворения Некрасова освещены христианской символикой. «Народный заступник» как бы уподобляется святому подвижнику, отрекшемуся от «мирских наслаждений» и жертвующему собой во имя спасения человечества. Образом распятого Христа завершается и стихотворение «Пророк», и здесь мы не можем не почувствовать едва сдерживаемую скорбь поэта. Причем это не только личные переживания автора, но и выражение чувств лучшей части современников, преклоняющихся перед человеком, считавшим, что «умереть возможно для других», напомнить людям о Боге делом, своей крестной жертвой.

Содержание поэтической речи автора определяет приподнятость, возвышенность интонации. Прежде всего этому способствует высокая лексика: «жертвуя собой», «нет помыслов мирских», «гибель», «судьба», «покамест не распяли», «но час придет».

 

ОБРАЗ МАТЕРИ

Образ матери издавна присущ русской поэзии и русской культуре в целом. Эта тема занимает важное место как в классической, так и в современной поэзии. Более того, русский образ матери является национальным культурным символом, не утратившим своего высокого значения с древнейших времен до наших дней. Характерно, что образ матери, вырастая из образа конкретного человека, матери поэта, становится символом Родины. Для христианского мира прообразом идеальной матери, конечно же, является Богородица. Жертвенная любовь, чистота и нежность, кротость и в то же время нравственная стойкость – эти ассоциации возникают при упоминании о Пресвятой Деве даже у людей, далеких от Церкви.

«Мать» Н. Некрасова

Она была исполнена печали, 
И между тем, как шумны и резвы 
Три отрока вокруг нее играли, 
Ее уста задумчиво шептали: 
"Несчастные! зачем родились вы? 
Пойдете вы дорогою прямою 
И вам судьбы своей не избежать! " 
Не омрачай веселья их тоскою, 
Не плачь над ними, мученица-мать! 
Но говори им с молодости ранней: 
Есть времена, есть целые века, 
В которые нет ничего желанней, 
Прекраснее - тернового венка...

Стихотворение посвящено самому святому в жизни каждого человека – матери: Некрасов всегда с любовью и преклонением говорил о своей матери. Подобное отношение к ней, помимо обычной сыновей привязанности, вытекало, несомненно, из сознания того, чем он ей был обязан. В этом стихотворении ясно отражена печаль матери: "Несчастные! зачем родились вы?" Данная фраза отражает скорбь матери, но не о рождении детей, а о их судьбе. Об этом свидетельствует фраза "И вам судьбы своей не избежать!"  

«Письмо матери» С. Есенин

Ты жива еще, моя старушка?
Жив и я. Привет тебе, привет!
Пусть струится над твоей избушкой
Тот вечерний несказанный свет.

Пишут мне, что ты, тая тревогу,
Загрустила шибко обо мне,
Что ты часто xодишь на дорогу
В старомодном ветxом шушуне.

И тебе в вечернем синем мраке
Часто видится одно и то ж:
Будто кто-то мне в кабацкой драке
Саданул под сердце финский нож.

Ничего, родная! Успокойся.
Это только тягостная бредь.
Не такой уж горький я пропойца,
Чтоб, тебя не видя, умереть.

я по-прежнему такой же нежный
И мечтаю только лишь о том,
Чтоб скорее от тоски мятежной
Воротиться в низенький наш дом.

я вернусь, когда раскинет ветви
По-весеннему наш белый сад.
Только ты меня уж на рассвете
Не буди, как восемь лет назад.

Не буди того, что отмечалось,
Не волнуй того, что не сбылось,-
Слишком раннюю утрату и усталость
Испытать мне в жизни привелось.

И молиться не учи меня. Не надо!
К старому возврата больше нет.
Ты одна мне помощь и отрада,
Ты одна мне несказанный свет.

Так забудь же про свою тревогу,
Не грусти так шибко обо мне.
Не xоди так часто на дорогу
В старомодном ветxом шушуне.

Оно было написано в 1924 году, в последний период творчества и почти в самом конце жизни поэта. Во многих его произведениях того времени звучит тема безвозвратно ушедшего прошлого, но наряду с ней возникает и тема матери. Одним из таких произведений стало стихотворение «Письмо матери», написанное в форме обращения к ней. Всё поэтическое послание пронизано нежностью и любовью к самому родному человеку: Я по-прежнему такой же нежный.

Не удаётся лирическому герою в письме успокоить свою мать, многое упущено, потеряно или утрачено. Он понимает, что прошлого уже не вернуть, но мать для него – это та самая ниточка, которая связывает его с прошлым, беззаботным, светлым и чистым. Именно отсюда такая нежная и трогательная взаимная любовь.

Сердце поэта тянется к родительскому очагу, к родительскому дому.

Образ дороги не раз появляется в стихотворении. Она символизирует жизненный путь поэта, на котором все время появляется мать, желающая добра и счастья сыну.

«Матери» И. Бунин

Я помню спальню и лампадку,

Игрушки, теплую кроватку

И милый, кроткий голос твой:

«Ангел-хранитель над тобой!»

Бывало, раздевает няня

И полушепотом бранит,

А сладкий сон, глаза туманя,

К ее плечу меня клонит.

Ты перекрестишь, поцелуешь,

Напомнишь мне, что он со мной,

И верой в счастье очаруешь...

Я помню, помню голос твой!

Я помню ночь, тепло кроватки,

Лампадку в сумраке угла

И тени от цепей лампадки...

Не ты ли ангелом была?

В стихотворении поэт вспоминает свое детство, в которое ему хочется возвращаться вновь и вновь. Мысленно переносясь в прошлое, он отмечает: спальню и лампадку,

Игрушки, теплую кроватку… Эти простые, но очень дорогие для Бунина образы становятся той путеводной звездой, которая не дает ему сбиться с дороги жизни. Обращаясь к матери, поэт с ностальгией вспоминает: «Ты перекрестишь, поцелуешь… Я помню, помню голос твой!». Многие образы со временем блекнут и становятся настолько размытыми, что автор уже не может понять, где правда, а где вымысел. «Не ты ли ангелом была?», — обращается он к матери, но знает, что уже не сможет получить ответа на этот вопрос. Тем не менее, поэт действительно счастлив, что у него остались детские воспоминания, которые полны теплоты, нежности, тихой радости и легкой грусти. Ведь в прошлое нет возврата, а будущее представляется Бунину хоть и весьма привлекательным, но достаточно сумбурным, неопределенным и лишенным очарования детства, в котором он был по-настоящему счастлив

 

ОБРАЗ МЕТЕЛИ

«Метель» П. Вяземский

Степь поднялася мокрым прахом

И завивается в круги.

Снег сверху бьет, снег веет снизу,
Нет воздуха, небес, земли;
На землю облака сошли,
На день, насунув ночи ризу.

Пойдешь вперед, поищешь сбоку,

Всё глушь, всё снег, да мерзлый пар.

И божий мир стал снежный шар,

Где, как ни шаришь, всё без проку.

Мотив метели вошёл в русскую литературу вместе со стихами П.В. Вяземского, первым из русских поэтов связавшим специфику русского характера с любовью к зиме. В стихотворении «Метель» путник не просто оказывается во власти метели. Он становится игрушкой бесовской силы и, не имея возможности защитить себя, приближается к своей гибели:

«Метель кружит и валит снег» М.Ю. Лермонтов

Метель шумит и снег валит,
Но сквозь шум ветра дальний звон
Порой прорвавшися гудит;
То отголосок похорон.

То звук могилы над землей,
Умершим весть, живым укор,
Цветок поблекший гробовой,
Который не пленяет взор.

Пугает сердце этот звук
И возвещает он для нас
Конец земных недолгих мук,
Но чаще новых первый час...

Тему метели как символа «нерассветного» пространства продолжает М.Ю. Лермонтов. В его стихах метель становится частью «горного» текста. Метель в горах – знак обречённости человека, его смертности:

Метель кружит и валит снег

Но сквозь ветра дальний звон

Порой прорвавшийся гудит

То отголосок похорон,

То звук могилы под землёй,

Умершим весть, живым укор…

Зимняя ночь” Б. Пастернак

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.
Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.
И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.
И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.
Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

 

В основе композиции произведения лежит антитеза огня и льда, две стихии противоборствуют и взаимодействуют друг с другом. Холодная метель вселенского масштаба заметает все кругом, застилает окна роем снежных хлопьев. Но одинокая свеча все равно противостоит стихии окружающего мира. В кольцевой композиции последняя строфа неточно повторяет первую. В ней в отличие от бесконечного действия в первой строфе («мело, мело…») отсутствие повтора и указание на время действия (февраль) знаменует конечность, завершение зимней бури. Утверждение победы надежды и жизни звучит в последней строке: «Свеча горела».

Чувства лирического героя передаются через образ свечи, несущий важнейшую смысловую нагрузку: свеча, как символ надежды и тихого счастья, продолжает гореть на столе, несмотря на давление внешнего мира, становясь символом трепетного огня любви, согревающего и озаряющего человеческую жизнь. 

В одном из самых проникновенных стихотворений Пастернака воедино слились человек и Вселенная, мгновение и вечность, заставляя гореть пламя свечи, как символ жизни и надежды.

ОБРАЗ МОРЯ

«Море» В.А. Жуковский

Безмолвное море, лазурное море,

Стою очарован над бездной твоей.

Ты живо; ты дышишь; смятенной любовью,

Тревожною думой наполнено ты.

Безмолвное море, лазурное море,

Открой мне глубокую тайну твою.

Что движет твое необъятное лоно?

Чем дышит твоя напряженная грудь?

Иль тянет тебя из земныя неволи

Далекое, светлое небо к себе?..

Таинственной, сладостной полное жизни,

Ты чисто в присутствии чистом его:

Ты льешься его светозарной лазурью,

Вечерним и утренним светом горишь,

Ласкаешь его облака золотые

И радостно блещешь звездами его.

Когда же сбираются темные тучи,

Чтоб ясное небо отнять у тебя -

Ты бьешься, ты воешь, ты волны подъемлешь,

Ты рвешь и терзаешь враждебную мглу...

И мгла исчезает, и тучи уходят,

Но, полное прошлой тревоги своей,

Ты долго вздымаешь испуганны волны,

И сладостный блеск возвращенных небес

Не вовсе тебе тишину возвращает;

Обманчив твоей неподвижности вид:

Ты в бездне покойной скрываешь смятенье,

Ты, небом любуясь, дрожишь за него.

(В.А. Жуковский)

1.Кто из русских поэтов обращался к образу моря и в чём эти произведения могут быть сопоставлены с «Морем» В. А. Жуковского?

«К морю» А.С. Пушкин

Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.

Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.

Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!

Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!

Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,
И стая тонет кораблей.

Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
 

Мой поэтической побег!

Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я...

О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.

Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.

Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.

Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.

Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.

Бессонница. Гомер. Тугие паруса» Осип Мандельштам

Бессонница. Гомер. Тугие паруса.
Я список кораблей прочел до середины:
Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,
Что над Элладою когда-то поднялся.

Как журавлиный клин в чужие рубежи,-
На головах царей божественная пена,-
Куда плывете вы? Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, ахейские мужи?

И море, и Гомер — всё движется любовью.
Кого же слушать мне? И вот Гомер молчит,
И море черное, витийствуя, шумит
И с тяжким грохотом подходит к изголовью.

«Кто создан из камня, кто создан из глины…»

М. Цветаева

Кто создан из камня, кто создан из глины,-
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело — измена, мне имя — Марина,
Я — бренная пена морская.

Кто создан из глины, кто создан из плоти —
Тем гроб и нагробные плиты…
— В купели морской крещена — и в полете
Своем — непрестанно разбита!

Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробьется мое своеволье.
Меня — видишь кудри беспутные эти?-
Земною не сделаешь солью.

Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной — воскресаю!
Да здравствует пена — веселая пена —
Высокая пена морская!

Марина Цветаева
«Молитва морю»


Солнце и звезды в твоей глубине,
Солнце и звезды вверху, на просторе.
Вечное море,
Дай мне и солнцу и звездам отдаться вдвойне
Сумрак ночей и улыбку зари
Дай отразить в успокоенном взоре.
Вечное море,
Детское горе мое усыпи, залечи, раствори.
Влей в это сердце живую струю,
Дай отдохнуть от терпения - в споре.
Вечное море,
В мощные воды твои свой беспомощный дух предаю!

«Парус» Михаил Лермонтов

Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..

Играют волны — ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит…
Увы! он счастия не ищет
И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой…
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!

Русская лирическая маринистика подарила нам много ярких образов морской стихии. В стихотворении А. С. Пушкина «К морю» водное пространство представляет не загадочную бездну, как у В. А. Жуковского, а символ мощи природы, абсолютной свободы. С величием бескрайних просторов моря связываются в воображении автора произведения собственная жизнь и судьба «властителей дум» его поколения – Наполеона и Байрона. Лирический герой стихотворения прощается со «свободной стихией», но остаётся верен романтическому мироощущению.

В лермонтовском произведении «Парус» море олицетворяет красоту и величие мира, которому противостоит мятежная личность. Ф. И. Тютчев в стихотворении «Певучесть есть в морских волнах…», восхищаясь красотой, многообразием божьего мира, выражает ощущение вековых противоречий между людьми и природой: «Душа не то поёт, что море...» Его герой предчувствует, что истина ускользнёт от человеческого духа.

Особо воспринимается морское пространство и поэтами ХХ века. В стихотворении О. Э. Мандельштама «Бессонница. Гомер. Тугие паруса» образ водной стихии воссоздан с античной торжественностью, созвучной настроению В. А. Жуковского. Однако перед нами не бездна, а необъятное пространство, чьё лоно готово принять все корабли, плывущие в Трою за Еленой. Водная стихия сливается со стихией любви: И море, и Гомер – все движется любовью.

«Морская душа» М. И. Цветаевой в стихотворении «Кто создан из камня, кто создан из глины…» противостоит обычным, земным людям. Лирическая героиня заявляет не просто о родстве, но о тождестве с водной стихией: «Я – бренная пена морская». Она отождествляет себя с Венерой, поэтому с каждой волной воскресает как воплощение любви. Её предельно личностное восприятие моря диссонирует с классической эстетикой.

2. В каких произведениях русской литературы находит воплощение романтическая антитеза «здесь» и «там» и в чём они сопоставимы с произведением В. А. Жуковского?

Главной темой элегии «Море» является изображение двух миров – моря и неба. Море и небо – многозначные образы, связующие собой разные пласты художественного мира элегии. Они являются знаком устремлённости души к высшим началам, формируют систему соответствий (море – душа человека; небо – «Мировая душа»)

Так автор воплощает в своём произведении идею романтического двоемирия. Как известно, мир для романтиков делится на две части: «здесь» и «там». «Там» и «здесь» - это антитеза (противопоставление), эти категории соотносятся как идеал и действительность. Презираемое «здесь» - это современная действительность, где торжествует зло и несправедливость. «Там» - некая поэтическая действительность, которую романтики противопоставляли реальной действительности.

Образ моря аллегоричен и иносказательно передает душевное состояние автора; лирический герой переносит свои личные переживания на созерцаемое им море, заставляя его любить, ревновать, бунтовать. Близость героя и моря подчеркивается многократным повторением местоимения “ты”:

Ты бьешься, ты воешь, ты волны подъемлешь,

Ты рвешь и терзаешь враждебную мглу...

Автор стоит “над бездной”, глубокой, неизмеримой, необъятной. Тайны моря ведомы лишь ему и автору, но опасность разлуки заставляет водную стихию взбунтоваться, открыться, потребовать возвращения небес; море свободно в выражении своих чувств, оно открыто и бурно протестует, борется за свой идеал.

У А. Пушкина образ моря встречается в нескольких лирических произведениях. Наиболее ярко образ моря обрисован Пушкиным в элегии “К морю”. Здесь море для автора — безусловный символ свободы, стихотворение даже начинается с перифраза в обращении: Прощай, свободная стихия!

Образ автора выступает наравне с образом моря, причем оба образа даны в развитии и взаимодействии друг с другом. Как и у Жуковского, у Пушкина много местоимений “ты”, и это подчеркивает близость моря и лирического героя как отдельных, самодостаточных и в то же время нужных друг другу личностей

«Парус» М. Лермонтов

Лермонтов изображает море — романтическую стихию; появляется образ паруса, символизирующий искания, внутреннюю неудовлетворенность лирического героя. В стихотворении морская стихия предстает изменчивой: то спокойной с туманом голубого моря, лазурью воды, то буйной: «играют волны, ветер свищет, и мачта гнется и скрыпит».

Стихотворение представляет собой размышление о жизни, это иносказательный пейзаж, где парус – символ одиночества и странничества, неудовлетворенности спокойной жизнью, а море - сама бурная изменчивая свободная жизнь.

«Молитва морю» М.И. Цветаева

«Солнце и звезды в твоей глубине, вечное море», – пишет Марина Ивановна в своей «Молитве морю». В данном контексте море олицетворяет бесконечность – великую и всемогущую силу, помогающую «залечить детское горе», силу, воплощающую в себе и воды, и космос – «солнце и звезды в моей глубине». Морю противопоставлен «беспомощный дух», человек, покоряющийся стихии.

4. Кто из русских поэтов создал образ моря и в чём эти произведения сопоставимы с приведённым здесь стихотворением?

 

Море – свободное, непредсказуемое, таинственное – в максимальной степени соответствует представлениям художника о гордой и независимой душе романтического героя. Русские поэты-романтики неоднократно обращались в своих стихах к образу моря, и среди наиболее ярких и художественно значимых произведений следует назвать «К морю» А.С. Пушкина и «Парус» Лермонтова. Важнейшим приёмом создания образа моря становится олицетворение. И у Жуковского, и у Пушкина лирический герой обращается к морю на «ты» – но элегия первого так и остаётся монологом (море безмолвствует), а у Пушкина в стихотворении разворачивается диалог, доверительный (в буквальном смысле слова: герой доверяет морю «заветный умысел» побега) разговор друзей: «Как друга рокот заунывный, / Как зов его в прощальный час, / Твой грустный шум, твой шум призывный / Услышал я в последний раз». По силе духовных устремлений лирический герой Пушкина равен «свободной стихии» - герой же Жуковского остаётся лишь внимательным наблюдателем. В стихотворении Лермонтова на первый план выдвигается парус – символ мятежной, ищущей свободы души. Он готов соперничать со стихией моря: его воля к свободе и жажда подлинной жизни безграничны. Море в этом стихотворении уступает главенствующее место парусу: именно на него переносятся те неукротимость, мощь, порыв, которыми наделено море у Пушкина и Жуковского; «мятежным» у Лермонтова становится парус, а штормящее море становится активным фоном, на котором развёртывается поэтический сюжет.

 

КАРТИНЫ ПРИРОДЫ

В каких произведениях отечественной любовной лирики присутствуют картины природы, и в чем эти произведения можно сопоставить со стихотворением А. А. Тарковского?

Арсений Тарковский «Ночной дождь»

То были капли дождевые,

Летящие из света в тень.

По воле случая впервые

Мы встретились в ненастный день.

И только радуги в тумане

Вокруг неярких фонарей

Поведали тебе заранее

О близости любви моей,

О том, что лето миновало,

Что жизнь тревожна и светла,

И как ты ни жила, но мало,

Так мало на земле жила.

Как слёзы, капли дождевые

Светились на лице твоём,

А я ещё не знал, какие

Безумства мы переживём.

Я голос твой далёкий слышу,

Друг другу нам нельзя помочь,

И дождь всю ночь стучит о крышу,

Как и тогда стучал всю ночь.

 

Шепот, робкое дыханье…» Афанасий Фет

Шепот, робкое дыханье.

Трели соловья,

Серебро и колыханье

Сонного ручья.

Свет ночной, ночные тени,

Тени без конца,

Ряд волшебных изменений

Милого лица,

В дымных тучках пурпур розы,

Отблеск янтаря,

И лобзания, и слезы,

И заря, заря!..

Зимняя ночь” Б. Пастернак

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.
Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.
И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.
И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.
Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Образ дождя в стихотворении А.А. Тарковского «Ночной дождь» играет важную роль в раскрытии главной мысли - показать драматические переживания лирического героя. Он разделен со своей возлюбленной, а 'капли дождевые' напоминают ему их первую встречу 'в ненастный день'. Герой понимает, что изменить ничего нельзя: 'друг другу нам нельзя помочь'. Драматизм чувств и передает образ дождя, капли которого сравниваются со слезами, что соответствует грустному настроению лирического героя.

 «Ночной дождь» А.А. Тарковского не единственное произведение отечественной любовной лирики, в котором присутствуют картины природы. 

«Трели соловья», ручей, пурпурная заря сопровождают влюбленных в стихотворении А.А. Фета «Шепот, робкое дыханье...» . Образы живой природы сливаются с шепотом, лобзаниями героев, помогая выразить их внутреннее состояние . Однако если в стихотворении А.А. Фета изображено свидание двух влюбленных, то в произведении А.А. Тарковского представлены лишь навеянные ночным дождем воспоминания лирического героя о его любви.

Неразлучны картины природы с образами  героев и в стихотворении Б.Л. Пастернака «Зимняя ночь». Однако если в стихе А.А. Тарковского дождь помогает передать душевное состояние лирического героя, то в произведении Б.Л. Пастернака зимние картины природы: «метель», снежная мгла — противопоставлены страсти, «жару соблазна» которые испытывают влюбленные.

 

ТЕМА ДОБРА И ЗЛА

Добро и зло в творчестве русских писателей занимают важное место, потому что эти нравственные категории являются определяющими в духовной жизни человечества. Классическая литература стремилась раскрыть смертоносную природу зла и уберечь душу от его губительного воздействия. Значимость категорий Добра и Зла в культуре и человеческой жизни несомненна. Четкое определение этих понятий позволяет личности утвердить себя в жизни, оценивая свои и чужие действия с точки зрения должного и недолжного. Многие философские и религиозные системы основаны на представлении о противостоянии двух начал. 

«Анчар» А.С. Пушкин

В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит — один во всей вселенной.

Природа жаждущих степей
Его в день гнева породила,
И зелень мертвую ветвей
И корни ядом напоила.

Яд каплет сквозь его кору,
К полудню растопясь от зною,
И застывает ввечеру
Густой прозрачною смолою.

К нему и птица не летит,
И тигр нейдет: лишь вихорь черный
На древо смерти набежит —
И мчится прочь, уже тлетворный.

И если туча оросит,
Блуждая, лист его дремучий,
 

С его ветвей, уж ядовит,
Стекает дождь в песок горючий.

Но человека человек
Послал к анчару властным взглядом,
И тот послушно в путь потек
И к утру возвратился с ядом.

Принес он смертную смолу
Да ветвь с увядшими листами,
И пот по бледному челу
Струился хладными ручьями;

Принес — и ослабел и лег
Под сводом шалаша на лыки,
И умер бедный раб у ног
Непобедимого владыки.

А царь тем ядом напитал
Свои послушливые стрелы
И с ними гибель разослал
К соседям в чуждые пределы.

В стихотворении «Анчар» автор полагает, что зло должно уравновешивать добро. Место для зла отведено природой на краю вселенной. Распространителями зла по всей земле стали люди, которыми движет жажда власти, богатства, зависть (у царя) и страх (у раба). Гуманизм Пушкина заключается в выводе о том, что любое Зло всегда наказуемо.

А. Ахматова «Музыка»
 

В  ней что-то чудотворное горит,
И на глазах ее края гранятся.
Она одна со мною говорит,
Когда другие подойти боятся.
Когда последний друг отвел глаза,
Она была со мной одна в могиле
И пела словно первая гроза
Иль будто все цветы заговорили.
Сама себя чудовищно рождая,
Собой любуясь и собой давясь,
Не ты ль, увы, единственная связь
Добра и зла, земных низин и рая?
Мне кажется, что ты всегда у края.

А.А. Фет «Добро и зло»

Два мира властвуют от века,

Два равноправных бытия:

Один объемлет человека,

Другой - душа и мысль моя.

И как в росинке чуть заметной

Весь солнца лик ты узнаешь,

Так слитно в глубине заветной

Всё мирозданье ты найдешь.

Не лжива юная отвага:

Согнись над роковым трудом –

И мир свои раскроет блага;

Но быть не мысли божеством.

И даже в час отдохновенья.

Подъемля потное чело,

Не бойся горького сравненья

И различай добро и зло.

Но если на крылах гордыни

Познать дерзаешь ты как бог,

Не заноси же в мир святыни

Своих невольничьих тревог.

Пари всезрящий и всесильный,

И с незапятнанных высот

Добро и зло, как прах могильный,

В толпы людские отпадет.

В первой строфе Фет описывает масштабы двух мировых явлений: добра и зла, которые безграничны. В строке «Один объемлет человека» речь, по моему мнению, идет о зле, и описывается, как просто человеку попасть под воздействие данного явления. А в строке «Другой - душа и мысль моя» предположительно говорится о добре, и что автор считает объяснение притягательности данного явления своей основной задачей, которая «засела» у него в душе. Фет предлагает читателю встать на «путь добра». В строке «Согнись над роковым трудом» словосочетание «роковой труд» дано не в прямом смысле, а смысле описания сложности «пути добра». Поэт напоминает, что иногда поставить грань между добром и злом крайне сложно, и вследствие человек идет в сторону более легкого пути, который может оказаться роковым. Фет призывает читателя не испытывать страх перед выбором добра, пусть даже оно требует тревог и лишений. Афанасий Фет предлагает более сильным людям ответственными по отношению к добру, поскольку от них зависит судьба других людей.

нравственный

«Дума» М. Лермонтов
Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее - иль пусто, иль темно,
Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
В бездействии состарится оно.
Богаты мы, едва из колыбели,
Ошибками отцов и поздним их умом,
И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели,
Как пир на празднике чужом.

К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно малодушны
И перед властию - презренные рабы.
Так тощий плод, до времени созрелый,
Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз,
Висит между цветов, пришлец осиротелый,
И час их красоты - его паденья час

Главная тема стихотворения — это общественное поведение человека. Тема раскрывается в данной здесь Лермонтовым характеристике поколения 30-х годов. Это поколение, выросшее в условиях мрачной реакции, совсем не то, какое было в 10—20-х годах, не поколение «отцов», т. е. декабристов. Общественно-политическая борьба декабристов рассматривается ими как «ошибка» («Богаты мы, едва из колыбели, ошибками отцов...»). Новое поколение отошло от участия в общественной жизни и углубилось в занятия «бесплодной наукой», его не тревожат вопросы добра и зла; оно проявляет «позорное малодушие перед опасностью», является «презренными рабами перед властью». Этим людям ничего не говорят ни поэзия, ни искусство. Участь их безотрадна.  Такая суровая оценка Лермонтовым своих современников продиктована его общественными взглядами передового поэта. Для него, который ещё юношей заявлял: «Так жизнь скучна, когда боренья нет», особенно неприемлемо безучастное отношение к царящему в жизни злу. Равнодушие к общественной жизни — это духовная смерть человека.  Сурово порицая за это равнодушие, за отход от общественно-политической борьбы своё поколение, Лермонтов как бы зовет его к нравственному обновлению, к пробуждению от духовной спячки. Это стон человека, для которого отсутствие внутренней жизни есть зло, в тысячу раз ужаснейшее физической смерти!.. И кто же из людей нового поколения не найдёт в нём разгадки собственного уныния, душевной 

 

ОБРАЗ ДОРОГИ (ПУТИ)

«Выхожу один я на дорогу…» Лермонтов

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,
И звезда с звездою говорит.
В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сияньи голубом...
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? жалею ли о чём?
Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть;
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!
Но не тем холодным сном могилы...
Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб в груди дремали жизни силы,
Чтоб дыша вздымалась тихо грудь;
Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,
Про любовь мне сладкий голос пел,
Надо мной чтоб вечно зеленея
Тёмный дуб склонялся и шумел.

Важнейший для лермонтовской лирики образ — образ дороги — получает обобщенное значение в стихотворении «Выхожу один я на дорогу…»: дорога становится символом жизненного пути лирического героя. Горизонтальное измерение — герой движется вперед по дороге — сменяется вертикальным: обращенный к небу и звездам взгляд лирического героя переводит движение в вертикальную плоскость, в символическое пространство всей Вселенной.

«Над синевою подмосковных рощ…» М. Цветаева

Над синевою подмосковных рощ

Накрапывает колокольный дождь,

Бредут слепцы Калужскою дорогой.

Калужской, песенной, привычной, и она

Смывает и смывает имена

Смиренных странников, во тьме поющих Бога.

Настанет день - когда-нибудь и я

Устав от вас, враги, от вас, друзья,

И от уступчивости речи русской

Надену крест серебряный на грудь,

Перекрещусь, и тихо тронусь в путь

По старой, по дороге, по Калужской.

Странничество для М.Цветаевой имеет особый смысл. Это и предназначение, и дар. Путь самоотречения, кроткого служения Богу непрост и нелегок. Земные страсти и заботы держат душу в своем плену. И однажды, думается героине, устав от этого плена и отрешившись от всех мирских привязанностей, она тоже встанет не этот путь:

ПОЭТ И ПОЭЗИЯ

В каких произведениях русской лирики поэты пишут о близости своего творчеству народу? Сопоставьте их со стихотворением С. А. Есенина «Я иду долиной. На затылке кепи…»

Тема поэта и его творчества прочно закрепилась в пространстве русской  классической литературы. Она многогранна и представлена различными аспектами. Это и проблема предназначения творчества, и проблема взаимоотношений поэта и толпы, поэта и власти, проблема бессмертия и величия Слова.

Так или иначе, многие поэты хоть раз, но затронули эту тему в своем творчестве; охватить ее в полном объеме невозможно, остановимся лишь на более значимых именах.

А. С. Пушкин в стихотворении «Поэту» первоначально отвергает «народную

любовь», утверждая формулу: «Ты царь: живи один». Его герой считает, что на мнение толпы не стоит полагаться. Однако позже в ряде произведений поэт заявит свою патриотическую позицию. Так, в стихотворении «Разговор книгопродавца с

поэтом» герой Пушкина постигает извечные противоречия бытия: свободный гений должен жить среди людей, а свет неблагосклонен к затворнику. Он желает удалиться от света, поскольку осознаёт непреклонность его «мнений».

В стихотворении М. Ю. Лермонтова «Журналист, читатель и писатель» позиции творца противопоставлена точка зрения критика и писателя. Вечный конфликт

«поэт – толпа» получает здесь новое развитие: теперь толпа персонифицирована в образе читателя, недовольного современной литературой. Правота писателя-скептика неоспорима. Его монолог венчает спор:

Скажите ж мне, о чём писать?..

К чему толпы неблагодарной

Мне злость и ненависть навлечь?

Чтоб бранью назвали коварной

Мою пророческую речь?

Пропасть между эстетическими вкусами читающей публики и гениальными прозрениями писателя неустранима, идеологическое и эстетическое противостояние мы наблюдаем в некрасовской декларации «Поэт и гражданин» Поэт защищает позиции «чистого искусства», приводя в качестве авторитетного мнения фрагмент пушкинского «Разговора книгопродавца с поэтом». Гражданин формулирует концепцию общественно значимого творчества:

Будь гражданин! Служа искусству,

Для блага ближнего живи,

Свой гений подчиняя чувству

Всеобнимающей любви…

«Избранник неба», по мысли Н.А. Некрасова, должен быть прежде всего «отечества достойным сыном»:

Поэтом можешь ты не быть,

Но гражданином быть обязан

 

Тема поэта и поэзии в русской литературе

Тема поэта и поэзии нашла свое отражение  в творчестве А.С. Пушкина. Стихотворение «Пророк» названо так неспроста, ведь в нем Пушкин пишет о поэте как о пророке, которым руководит сам Господь, он исполняет волю Создателя, это его предназначение. Поэту свыше дана  сила «глаголом жечь сердца людей», иначе говоря, смело говорить людям горькую правду.  В произведении «Поэт» Александр Сергеевич утверждает мысль о незначительности жизни поэта в отсутствие вдохновения («Меж детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней он…»), но, как только «божественный глагол до слуха чуткого коснется», поэт возносится над толпой, над чернью. В  стихотворении «Поэт и толпа» Пушкин по отношению к обывателям допускает такие выражения, как «чернь тупая», «бессмысленный народ» и «червь земли», тем самым еще более возвеличивая  образ поэта-творца. Творец как бы отделяется от народа, он одинок по причине своего избранничества.

Другим поэтом, который тоже обращался к теме поэта и поэзии, был М.Ю. Лермонтов. Его «Пророк» является как будто бы  продолжением пушкинского «Пророка». Однако если в стихотворении последнего поэт-пророк одинок по причине величия своей мудрости и миссии избранничества, то одиночество лермонтовского пророка объясняется его гордостью и презрением к остальным. Поэт стал не избранным, а изгоем в обществе («Смотрите, как он наг и беден, как презирают все его!»). У Пушкина пророк «в пустыне мрачной влачился», а, обретя дар, пошел вершить волю Бога, у Лермонтова же пророк бежит обратно «через шумный град» в эту пустыню внутреннего мира – мира обиды и презрения.

Н.А. Некрасов в стихотворении «Элегия» (1876) также  рассматривает проблему взаимоотношений поэта и народа, но, если у Пушкина и Лермонтова творец противопоставлялся толпе, то Николай Алексеевич пишет о том, что у поэта одна цель – служение народу («Я лиру посвятил народу своему…»). И пока народ не будет счастлив, поэт будет преследовать эту цель. Некрасов утверждает ценности гражданской поэзии, он пишет о союзе народа и поэта, о теме гражданскго служения искусства («Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан» («Поэт и Гражданин»)).

Еще одним поэтом, в стихах которого раскрывается тема поэта и поэзии, был А.А. Фет. В своем произведении «Одним толчком согнать ладью живую…» он пишет о поэте как об избраннике, обладающем даром, который отличает его от других людей. Однако в стихотворении Фета нет противопоставления поэта толпе, как у Пушкина, нет и слов об объединении поэта и народа, как у Некрасова, и поэт совсем не горд и не одинок из-за своей избранности, как у Лермонтова. Фет пишет лишь о поэзии как о даре, данном свыше, он изображает момент нисхождения этого дара на поэта и описывает то, что чувствует в этот момент сам творец –  неслыханную мощь слова, воздействующего на душу человека:

Шепнуть о том, пред чем язык немеет,
Усилить бой бестрепетных сердец —
Вот чем певец лишь избранный владеет,
Вот в чём его и признак и венец.

В произведении Фета поэт наслаждается способностью ощущать жизнь во всей ее полноте благодаря своему дару.

Тема поэта и поэзии в творчестве А.А. Блока и М.И. Цветаевой

ХХ век открыл новое, качественно иное понимание поэзии: некрасовский постулат «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан» отвергается, как и многие тенденции XIX века. «Поэт в изгнанье и сомненье на перепутье двух дорог», – пишет Блок. Судьба нового пророка неизвестна – «чего желать, куда идти?». Риторические вопросы и лексический повтор («в изгнанье и в сомненье») подчеркивают напряженность поиска ответа на вопрос о пути поэта, который следует далее: но – «даль привидится ему». Какая же? Творить – ради самого слова, становящегося символом и, следовательно, смыслом, творить, соединяя себя с миром горним, миром великого Творца и его законами – вот новая, а на деле старая идея, имеющая долгую традицию в культуре.

Оппозиция «поэт – толпа» представлена в стихотворении Блока «Поэты» (1908), где речь идет о противопоставлении мира художника, поэта ценностям обывательским. На «горестной земле» тоскливо всем, а «вино и страсть» – реалии обоих миров. Однако – «по крайности, есть у поэта и косы, и тучки, и луг золотой, тебе ж недоступно всё это!»

Саркастичное обращение «милый читатель» позволяет нам провести параллель с «читателем газет» Цветаевой. «Глотатели пустот, читатели газет» – еще одно обращение к толпе.

Цветаева посвятила множество стихотворений взаимоотношениям поэта и толпы. В поэме «Крысолов», основанной на немецкой легенде, раскрывается конфликт между поэтом и мещанством. У нее мы встретим и тему судьбы поэта и его избранности – «поэтовы затменья не предугаданы календарем». Её отношение к славе заключалось в коротком «За что мне сие?». Однако судьба стихов – важнее, дороже, значимее, и оттого еще в 1913 г. она пишет: «Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед», обращаясь еще к одной традиционной теме – бессмертия поэтического слова.

Цветаева не единожды писала о том, что стихи сбываются – страшными, предвещающими недоброе символами. И все же – «Бог сохраняет всё, особенно слова прощенья и любви, как собственный свой голос».

 

ОБРАЗ СОЛНЦА

В. В. Маяковский «Необычайное приключение…»?

В сто сорок солнц закат пылал, 
в июль катилось лето, 
была жара, 
жара плыла — 
на даче было это. 
Пригорок Пушкино горбил 
Акуловой горою, 
а низ горы — 
деревней был, 
кривился крыш корою. 
А за деревнею — 
дыра, 
и в ту дыру, наверно, 
спускалось солнце каждый раз, 
медленно и верно. 
А завтра 
снова 
мир залить 
вставало солнце а́ло. 
И день за днем 
ужасно злить 
меня 
вот это 
стало. 
И так однажды разозлясь, 
что в страхе все поблекло, 
в упор я крикнул солнцу: 
«Слазь! 
довольно шляться в пекло!» 
Я крикнул солнцу: 
«Дармоед! 
занежен в облака ты, 
а тут — не знай ни зим, ни лет, 
сиди, рисуй плакаты!» 
Я крикнул солнцу: 
«Погоди! 
послушай, златолобо, 
чем так, 
без дела заходить, 
ко мне 
на чай зашло бы!» 
 

Что я наделал! 

Я погиб! 

Ко мне, 

по доброй воле, 
само, 
раскинув луч-шаги, 
шагает солнце в поле. 
Хочу испуг не показать — 
и ретируюсь задом. 
Уже в саду его глаза. 
Уже проходит садом. 
В окошки, 
в двери, 
в щель войдя, 
валилась солнца масса, 
ввалилось; 
дух переведя, 
заговорило басом: 
«Гоню обратно я огни 
впервые с сотворенья. 
Ты звал меня? 
Чаи́ гони, 
гони, поэт, варенье!» 
Слеза из глаз у самого — 
жара с ума сводила, 
но я ему — 
на самовар: 
«Ну что ж, 
садись, светило!» 
Черт дернул дерзости мои 
орать ему, — 
сконфужен, 
я сел на уголок скамьи, 
боюсь — не вышло б хуже! 
Но странная из солнца ясь 
струилась, — 
и степенность 
забыв, 
сижу, разговорясь 
с светилом постепенно. 
Про то, 
про это говорю, 
что-де заела Роста, 
а солнце: 
«Ладно, 
не горюй, 
смотри на вещи просто! 
А мне, ты думаешь, 
светить 
легко? 
— Поди, попробуй! — 
А вот идешь — 
взялось идти, 
идешь — и светишь в оба!» 
Болтали так до темноты — 
до бывшей ночи то есть. 
Какая тьма уж тут? 
На «ты» 
мы с ним, совсем освоясь. 
И скоро, 
дружбы не тая, 
бью по плечу его я. 
А солнце тоже: 
«Ты да я, 
нас, товарищ, двое! 
Пойдем, поэт, 
взорим, 
вспоем 
у мира в сером хламе. 
Я буду солнце лить свое, 
а ты — свое, 
стихами». 
Стена теней, 
ночей тюрьма 
под солнц двустволкой пала. 
Стихов и света кутерьма — 
сияй во что попало! 
Устанет то, 
и хочет ночь 
прилечь, 
тупая сонница. 
Вдруг — я 
во всю светаю мочь — 
и снова день трезвонится. 
Светить всегда, 
светить везде, 
до дней последних донца, 
светить — 
и никаких гвоздей! 
Вот лозунг мой — 
и солнца!

В каких произведениях русской литературы находит воплощение образ солнца и в чём их можно сопоставить со стихотворением В. В. Маяковского «Необычайное приключение…»?

К. Бальмонт

Будем как Солнце! Забудем о том,
Кто нас ведет по пути золотому,
Будем лишь помнить, что вечно к иному,
К новому, к сильному, к доброму, к злому,
Ярко стремимся мы в сне золотом.
Будем молиться всегда неземному,
В нашем хотеньи земном!
Будем, как Солнце всегда молодое,
 

Нежно ласкать огневые цветы,
Воздух прозрачный и все золотое.
Счастлив ты? Будь же счастливее вдвое,
Будь воплощеньем внезапной мечты!
Только не медлить в недвижном покое,
Дальше, еще, до заветной черты,
Дальше, нас манит число роковое
В Вечность, где новые вспыхнут цветы.
Будем как Солнце, оно — молодое.
В этом завет красоты.

Марина Цветаева

Солнце — одно, а шагает по всем городам.
Солнце — мое. Я его никому не отдам.
Ни на час, ни на луч, ни на взгляд.— Никому. Никогда!
Пусть погибают в бессменной ночи города!
В руки возьму!— Чтоб не смело вертеться в кругу!
Пусть себе руки, и губы, и сердце сожгу!
В вечную ночь пропадет,— погонюсь по следам...
Солнце мое! Я тебя никому не отдам!

 

Солнце – самая яркая звезда – объект поэтической рефлексии, символ мощи духа. Солнечный мир ярок, прекрасен. Символист К.Д. Бальмонт воспевает звезду нашей вселенной, мечтая стать равными светилу. Для него огненное светило – источник жизни, часть Вселенной, где царят добро, ум и красота.

Футуристы воспринимали дневное светило как врага, которого нужно победить.

В произведении «Необычайное приключение…» есть отголоски таких представлений, однако у Маяковского солнце – равный собеседник, товарищ и друг.

А. А. Ахматова, О. Э. Мандельштам живописали мир без солнца, с кровавыми

зорями, сумеречный, а светило характеризовали эпитетами «чёрное», «ночное». Напротив, М.И. Цветаева была близка к символистскому восприятию звезды нашей галактики. Солнце как олицетворение жажды жизни, творчества, безусловно, сближает Цветаеву и Маяковского.

                                                                       

ТЕМА ВРЕМЕНИ

Кто из русских поэтов обращался к теме суточного времени и в чём их произведения созвучны стихотворению А.А. Фета «Вечер»?

А. Фет «Вечер»

Прозвучало над ясной рекою, 
Прозвенело в померкшем лугу, 
Прокатилось над рощей немою, 
Засветилось на том берегу.

Далеко, в полумраке, луками 
Убегает на запад река. 
Погорев золотыми каймами, 
Разлетелись, как дым, облака.

На пригорке то сыро, то жарко, 
Вздохи дня есть в дыханьи ночном, — 
Но зарница уж теплится ярко 
Голубым и зеленым огнем.

Ф.И. Тютчев

Тихой ночью, поздним летом,
Как на небе звезды рдеют,
Как под сумрачным их светом
Нивы дремлющие зреют...
Усыпительно-безмолвны,
Как блестят в тиши ночной
Золотистые их волны,
Убеленные луной...

 

А.С. Пушкин «Зимнее утро»

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный —
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры
Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!

Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась;
Луна, как бледное пятно,
Сквозь тучи мрачные желтела,
И ты печальная сидела —
А нынче... погляди в окно:

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
 

Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.

Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.
Приятно думать у лежанки.
Но знаешь: не велеть ли в санки
Кобылку бурую запречь?

Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу
Нетерпеливого коня
И навестим поля пустые,
Леса, недавно столь густые,
И берег, милый для меня

Время является одним из основных параметров существования человека. Под природным временем обычно понимается циклическая модель, основанная на определённом повторе событий и явлений, смене природных периодов. Эта модель представлена двумя временными циклами (части суток и времена года) и отражает реальные закономерности окружающей действительности. Категория природного времени является важным компонентом художественного мира поэта. Элегия В.А. Жуковского «Вечер» открывает линию «вечерней» поэзии в русской лирике. Ф.И. Тютчева справедливо считают одним из самых «ночных» поэтов («Святая ночь на небосклон взошла…», «Тихой ночью поздним летом…», «Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья…»).

Утро является одной из любимых категорий времени в лирике А.С. Пушкина («Осеннее утро», «Зимнее утро»). Содержание этих стихотворений позволяет сделать вывод о том, что изображение определённой части суток даёт лирическому герою возможность выразить свои субъективные переживания по поводу объективно существующего времени. Стихотворение А.А. Фета «Вечер» органически вписывается в эту литературную традицию.

ОБРАЗ НОЧИ

Образ ночи и побуждаемые ею ночные мысли и чувства нашли отражение в творчестве многих русских поэтов. Ночь боготворили   поэты XIX века, в том числе  и А. С. Пушкин, и С. П. Шевырёв,  большое место этот образ занимал в поэзии А. А. Фета, И. Бунина. Хотя восприятие ночи у каждого из них своё, можно заметить, что в основном ночь была для поэтов наиболее благодатным временем суток для их размышлений о   жизни,   это таинственное, сокровенное время, когда душа человека доступна всему прекрасному и когда она особенно не защищена и тревожна, предвидя будущие невзгоды.  

Ф.И. Тютчев

Святая ночь на небосклон взошла,

И день отрадный, день любезный,

Как золотой покров она свила,

Покров, накинутый над бездной.

И как виденье, внешний мир ушел...

И человек, как сирота бездомный,

Стоит теперь и немощен и гол,

Лицом к лицу пред пропастию темной.

На самого себя покинут он –

Упразднен ум и мысль осиротела –

В душе своей, как в бездне, погружен,

И нет извне опоры, ни предела...

И чудится давно минувшим сном

Ему теперь все светлое, живое...

И в чуждом, неразгаданном, ночном

Он узнает наследье родовое.

«Святая ночь на небосклон вошла…» — не просто картина смены дня ночью. В нее органично вписан человек. В стихотворении Тютчева он предстает перед читателями бездомной сиротой. Обездоленность особенно остро ощущается им в ночное время. Немощный и голый стоит человек «лицом к лицу пред пропастию темной», погруженный в собственную душу как в бездну. Таким образом в произведении «Святая ночь на небосклон вошла…» поэт объединяет космогонические мифы с миром человеческой души. Стихотворение начинается с противопоставления дня и ночи. Из этой антитезы возникает новая тема — философское самосознание человека. Лирический герой страдает от одиночества, оказывается в мире, где не действуют законы разума. Живое и светлое кажется ему минувшим сном. 

Иван Бунин «Ночь»

Ищу я в этом мире сочетанья
Прекрасного и вечного. Вдали
Я вижу ночь: пески среди молчанья
И звездный час над сумраком земли.

Как письмена, мерцают в тверди синей
Плеяды, Вега, Марс и Орион.
Люблю я их теченье над пустыней
И тайный смысл их царственных имен!

Как ныне я, мирьяды глаз следили
Их древний путь. И в глубине веков
Все, для кого они во тьме светили,
Исчезли в ней, как след среди песков:

Их было много, нежных и любивших,
И девушек, и юношей, и жен,
Ночей и звезд, прозрачно-серебривших
Евфрат и Нил, Мемфис и Вавилон!

Вот снова ночь. Над бледной сталью Понта
Юпитер озаряет небеса,
И в зеркале воды, до горизонта,
Столпом стеклянным светит полоса.

Прибрежья, где бродили тавро-скифы,
Уже не те, — лишь море в летний штиль
Все так же сыплет ласково на рифы
Лазурно-фосфорическую пыль.

Но есть одно, что вечной красотою
Связует нас с отжившими. Была
Такая ж ночь — и к тихому прибою…
Со мной на берег девушка пришла.

И не забыть мне этой ночи звездной,
Когда печь мир любил и для одной!
Пусть я живу мечтою бесполезной,
Туманной и обманчивой мечтой, —

Ищу я в этом мире сочетанья
Прекрасного и тайного, как сон.
Люблю ее за счастие слиянья
В одной любви с любовью всех времен!

В стихотворении Иван Алексеевич рассуждает о бесконечности бытия и человеческой смертности. Размышления рождаются на фоне ночного пейзажа – удивительного, загадочного, завораживающего. И это отсылает нас к стихотворению Тютчева.

Лирический герой «Ночи» — человек, ощущающий свою индивидуальность, но в то же время понимающий принадлежность к течению мировой истории и макрокосмосу. Сочетание прекрасного и вечного для него заключается в звездах, планетах. Герой ищет смысл бытия. Он обращает взор в ночное небо, видевшее взлеты и падения легендарных государств и народов. Во второй части стихотворения план сменяется. Происходит переход от общечеловеческого к интимному. Ради чего люди появляются на земле? Зачем проживают короткие по меркам вечности жизни? Ответ оказывается простым – главным образом, чтобы любить. Любовь связывает давно умерших людей с теми, кто еще жив.

Афанасий Фет

Сияла ночь. Луной был полон сад…
Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,
Как и сердца у нас за песнию твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,
Что ты одна — любовь, что нет любви иной,
И так хотелось жить, чтоб, звуки не роняя,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,
И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,
И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,
Что ты одна — вся жизнь, что ты одна — любовь.

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,
А жизни нет конца, и цели нет иной,
Как только веровать в рыдающие звуки,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

В первой части великолепная пейзажная зарисовка играет роль экспозиции ко всему стихотворению. Фет использует образ лунной ночи как символа любовного свидания.  Он создает живописный и выразительный образ при помощи оксюморона, подчеркнутого инверсией («Сияла ночь»), звукописи, аллитерации. Повтор звука «л» передает легкость лунного света, нежность и плавность его скользящих лучей. Повторение звуков «р» и «ж» помогает поэту донести до читателя всю дрожь и волнение сердца. Он был молод и влюблен, наслаждался жизнью в обществе девушки, которая разделяла его чувства. И память об этих романтических свиданиях легла в основу стихотворения, наполненного радостью и умиротворением, которые, тем не менее, приправлены острым чувством горечи и осознанием того, что вернуть уже ничего невозможно. Данное стихотворение отличается от первых двух тем, что ночь в нем не пугает, не заставляет задумываться о вопросах бытия, а является неким толчком к воспоминаниям.

 

                                                                      ТЕМА ЦВЕТА

Кто ещё из русских поэтов прибегал в своём творчестве к приёму цветописи и в чём его различие и сходство с реализацией этого приёма в стихотворении «О красном вечере задумалась дорога…С. А. Есенина?

Сергей Есенин

О красном вечере задумалась дорога,
Кусты рябин туманней глубины.
Изба-старуха челюстью порога
Жует пахучий мякиш тишины.

Осенний холод ласково и кротко
Крадется мглой к овсяному двору;
Сквозь синь стекла желтоволосый отрок
Лучит глаза на галочью игру.

Обняв трубу, сверкает по повети
Зола зеленая из розовой печи.
Кого-то нет, и тонкогубый ветер
О ком-то шепчет, сгинувшем в ночи.

Кому-то пятками уже не мять по рощам
Щербленый лист и золото травы.
Тягучий вздох, ныряя звоном тощим,
Целует клюв нахохленной совы.

Все гуще хмарь, в хлеву покой и дрема,
Дорога белая узорит скользкий ров…
И нежно охает ячменная солома,
Свисая с губ кивающих коров.

М. Лермонтов

Когда волнуется желтеющая нива,
И свежий лес шумит при звуке ветерка,
И прячется в саду малиновая слива
Под тенью сладостной зеленого листка;

Когда росой обрызганный душистой,
Румяным вечером иль утра в час златой,
Из-под куста мне ландыш серебристый
Приветливо кивает головой;

Когда студеный ключ играет по оврагу
И, погружая мысль в какой-то смутный сон,
Лепечет мне таинственную сагу
Про мирный край, откуда мчится он,—

Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе,—
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу бога.

Ф. И. Тютчев

Есть в осени первоначальной
Короткая, но дивная пора -
Весь день стоит как бы хрустальный,
И лучезарны вечера...
Где бодрый серп гулял и падал колос,
Теперь уж пусто всё - простор везде,-
Лишь паутины тонкий волос
Блестит на праздной борозде.
Пустеет воздух, птиц не слышно боле,
Но далеко ещё до первых зимних бурь -
И льётся чистая и тёплая лазурь
На отдыхающее поле...  

«Цветные строки» русских поэтов создают неповторимый мир человеческого и природного бытия, в котором богатство красок свидетельствует о полноте жизни.

«Цветная Русь» С. А. Есенина разнообразна, она включает природный и деревенский мир. Главные цвета есенинской поэзии производны от палитры русской иконописи с преобладанием в ней золотого, красного, голубого тонов. Эти оттенки расцвечивают картину крестьянской жизни, создавая многогранный, жизнеутверждающий образ.

Золото и лазурь лермонтовских морских пейзажей в стихотворении «Парус» соседствуют с пастельными тонами его деревенских зарисовок. Так, в стихотворении «Когда волнуется желтеющая нива…» счастье разлито в «тени сладостной зелёного листа», в неге, которую дарует «душистая роса», «румяный вечер», приветливый «ландыш серебристый». Неяркие краски родной земли подтверждают, что веру поэта питает национальная почва. Палитру тютчевских и фетовских пейзажей можно рассмотреть в стихотворениях «Полдень», «Есть в осени первоначальной…», «Ещё майская ночь». В стихах Тютчева, непревзойденного мастера пейзажной лирики, слово получает новое значение: оно начинает звучать по-другому. Почти все его стихи - это оригинальные зарисовки различных времен года. В данном стихотворении поэт говорит о начале осени. Это удивительно красивая пора. Природа словно дарит на прощание все свои яркие краски. Природа готовится ко сну, напоследок радует человеческий взор волшебной красотой. Дни становятся невыразимо прекрасными, мир вокруг удивительно красив. Особую радость доставляет погода — мягкая, поражающая своим волшебным спокойствием.

Таким образом , можно увидеть, что все три поэта любуются окружающим миром природы, который приносит покой и умиротворение.

 

СТОЛКНОВЕНИЕ МЕЧТЫ И РЕАЛЬНОСТИ

А. Блок «Незнакомка»
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бесмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
 

Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

Какие русские поэты отражали в своих стихотворениях столкновение мечты

и реальности и в чём их можно сопоставить со стихотворением А. Блока «Незнакомка»
 

М.Ю. Лермонтов

На севере диком стоит одиноко

На голой вершине сосна,

И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим

Одета, как ризой, она.

И снится ей все, что в пустыне далекой,

В том крае, где солнца восход,

Одна и грустна на утесе горючем

Прекрасная пальма растет.

А. С. Пушкин

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.

Многие русские поэты отражали в своих стихотворениях столкновение мечты

и реальности. Подобную тему можно встретить в произведениях А.С. Пушкина, к примеру, в стихотворении «Я помню чудное мгновенье…». Перед лирическим героем предстаёт «мимолётное виденье», олицетворение его идеала. Он превозносит прелестную возлюбленную, называет её «гением чистой красоты», встречу с ней считает «чудным мгновением». Мечта-воспоминание то приближается к лирическому герою, то отдаляется от него по воле обстоятельств («бурь порыв мятежный развеял прежние мечты»). Реальный мир – «глушь и мрак заточения», проходящие годы - противостоят этому драгоценному воспоминанию.

«Столкновение мечты и реальности показано в произведениях А. Блока «Незнакомка» и М.Ю. Лермонтова «На севере диком…». В стихотворении Блока образ незнакомки двойственен: с одной стороны, это реальная девушка, с другой - она как будто находится в потустороннем, нереальном мире, меняя окружающую ее среду своим появлением. Лирический герой и сам до конца не уверен в том, что представляется его взору: одинокая посетительница ресторана или удивительное видение, плод его мечты, чьи синие очи «цветут на дальнем берегу». В этом стихотворении, как и в стихотворении Лермонтова, показан лирический герой, который живёт в реальном мире, но самые яркие проявления душевной жизни, которого связаны с миром мечты, фантазии.

В произведении М.Ю. Лермонтова «На севере диком…» тема столкновения меч-

ты и реальности также присутствует: чем суровее зима, окружающая сосну, тем ярче на этом безжизненном фоне выглядит её сон о прекрасной пальме. Основу композиции этого стихотворения, составляет контраст. Образ, рождённый фантазией, в обоих случаях притягателен, но недостижим в реальности».

Стихотворения «На севере диком » и «Я помню чудное мгновенье…» созвучны стихотворению Блока «Незнакомка» тем, что во всех трёх произведениях лирический герой с любовью и вдохновением лелеет прекрасные мечты и воспоминания, именно в них находя то, чего порой ему не может дать реальный мир».

                                        ТЕМА РАЗЛУКИ И ВСТРЕЧИ

А.С. Пушкин

К***

 Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный

Рассеял прежние мечты,

И я забыл твой голос нежный,

Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья

Тянулись тихо дни мои

Без божества, без вдохновенья,

Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:

И вот опять явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

 

Кто еще из русских поэтов, кроме А.С. Пушкина, обращался к теме разлуки и новой встречи двух любящих людей?

Ф.И. Тютчев «К. Б».

 Я встретил вас ‒ и все былое

В отжившем сердце ожило;

Я вспомнил время золотое ‒

И сердцу стало так тепло…

Как поздней осени порою

Бывают дни, бывает час,

Когда повеет вдруг весною

И что-то встрепенется в нас, ‒

Так, весь обвеян дуновеньем

Тех лет душевной полноты,

С давно забытым упоеньем

Смотрю на милые черты…

Как после вековой разлуки,

Гляжу на вас, как бы во сне, ‒

И вот ‒ слышнее стали звуки,

Не умолкавшие во мне…

Тут не одно воспоминанье,

Тут жизнь заговорила вновь, -

И то же в нас очарованье,

И та ж в душе моей любовь!..

А.А. Фет

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

Лучи у наших ног в гостиной без огней.

Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,

Как и сердца у нас за песнею твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,

Что ты одна ‒ любовь, что нет любви иной,

И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,

И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,

И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,

Что ты одна ‒ вся жизнь, что ты одна ‒ любовь,

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,

А жизни нет конца, и цели нет иной,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

В стихотворении Александра Сергеевича Пушкина «Я помню чудное мгновенье…», которое было посвящено Анне Керн, изображена любовная встреча двух людей после долгого расставания. Однако не только Пушкин писал о подобных жизненных ситуациях, но и другие русские поэты, например, Тютчев в своем стихотворении «Я встретил вас – и все былое…» и Фет в произведении «Сияла ночь…». Все три автора используют трехчастную композицию лирического сюжета: мотивы воспоминания о прошлых отношениях, встречи после расставания, вновь вспыхнувшего, а значит, не угаснувшего чувства звучат во всех трех стихотворениях, по-разному компонуясь между собой.

Прошлое во всех трех стихотворениях поэтизируется: у Пушкина это «чудное мгновение», у Тютчева – «время золотое», Фет рисует самую развернутую картину прошлого  («Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали / лучи у наших ног в гостиной без огней»), изображая слияние любящего сердца и романтической ночи, пропитанной музыкой.

Те части стихов, которые посвящены периоду разлуки, написаны в иной манере – здесь нет  идиллических картин и приподнятого настроения. Пушкин говорит о том, что годы без любимой «тянулись тихо», как «во мраке заточенья». Фет также описывает время расставания как ряд «томительных и скучных» лет. У Тютчева лишь намек на состояние лирического героя в эти годы: отсюда образы «давно забытого упоенья», «отжившего сердца»,  но за ними, в подтексте, тоска по наполненности душевной жизни в прошлом.

Любовь, которая жила в душе, не исчезла. Во время расставания она как будто бы затаилась в самой глубине сердца, но как только два влюбленных снова встретились, чувства вспыхнули с той же силой: «Душе настало пробужденье, / и для меня возникли вновь /И божество, и вдохновенье, /И жизнь, и слезы, и любовь» (Пушкин), «Я встретил вас ‒ и все былое/ в отжившем сердце ожило…» (Тютчев) «И веет, как тогда, во вздохах этих звучных, / что ты одна ‒ вся жизнь, что ты одна ‒ любовь…» (Фет).  Тютчев, как и Пушкин, пишет о том, что с этой новой встречей в жизнь влюбленного пришла «весна», все внутри него ожило («Когда повеет вдруг весною и что-то встрепенется в нас…»).

В центре всех стихотворений образ возлюбленной – воплощение женственности, «гения чистой красоты» (Пушкин), воплощение «жизни» и «любви» (Фет), а фраза «милые черты» у Тютчева является, скорее всего, прямой отсылкой к стихотворению А.С.Пушкина.

Несмотря на то, что произведения были написаны в разное время и разными авторами, их объединяет тема разлуки и встречи, тема долговечности любви, что, несомненно, доказывает, что она занимала важное место в творчестве русских поэтов.

БЫСТРОТЕЧНОСТЬ ВРЕМЕНИ

М. Державин

Река времён в своём стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остаётся
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрётся
И общей не уйдёт судьбы.

А. С. Пушкин

Хоть тяжело подчас в ней бремя,
Телега на ходу легка;
Ямщик лихой, седое время,
Везет, не слезет с облучка.

С утра садимся мы в телегу;
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошел, ебёна мать!

Но в полдень нет уж той отваги;
Порастрясло нас; нам страшней
И косогоры и овраги;
Кричим: полегче, дуралей!

Катит по-прежнему телега;
Под вечер мы привыкли к ней
И, дремля, едем до ночлега —
А время гонит лошадей.

Ф. И. Тютчев

Наш век

Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует...
Он к свету рвется из ночной тени
И, свет обретши, ропщет и бунтует.

Безверием палим и иссушен,
Невыносимое он днесь выносит...
И сознает свою погибель он,
И жаждет веры... но о ней не просит.

Не скажет ввек, с молитвой и слезой,
Как ни скорбит перед замкнутой дверью:
«Впусти меня! – Я верю, боже мой!
Приди на помощь моему неверью!..»

С. Есенин

Не жалею, не зову, не плачу,

Все пройдет, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым.

 

Ты теперь не так уж будешь биться,

Сердце, тронутое холодком,

И страна березового ситца

Не заманит шляться босиком.

 

Дух бродяжий! ты все реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст

О моя утраченная свежесть,

Буйство глаз и половодье чувств.

 

Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя? иль ты приснилась мне?

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

 

Все мы, все мы в этом мире тленны,

Тихо льется с кленов листьев медь...

Будь же ты вовек благословенно,

Что пришло процвесть и умереть.

Б. Пастернак "Снег идет"
 

Снег идет
Снег идет, снег идет.
К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплет.

Снег идет, и всё в смятеньи,
Всё пускается в полет,-
Черной лестницы ступени,
Перекрестка поворот.

Снег идет, снег идет,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.

Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.

Потому что жизнь не ждет.
Не оглянешься - и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.

Снег идет, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,
Может быть, проходит время?

Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,
Или как слова в поэме?

Снег идет, снег идет,
Снег идет, и всё в смятеньи:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,
Перекрестка поворот. 
 

«Мгновения» Роберт Рождественский

Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймешь, наверное,-
свистят они,
как пули у виска,
мгновения,
мгновения,
мгновения.
У каждого мгновенья свой резон,
свои колокола,
своя отметина,
Мгновенья раздают — кому позор,
кому бесславье, а кому бессмертие.
Мгновения спрессованы в года,
Мгновения спрессованы в столетия.
И я не понимаю иногда,
где первое мгновенье,
где последнее.
Из крохотных мгновений соткан дождь.
Течет с небес вода обыкновенная.
И ты, порой, почти полжизни ждешь,
когда оно придет, твое мгновение.
Придет оно, большое, как глоток,
глоток воды во время зноя летнего.
А в общем,
надо просто помнить долг
от первого мгновенья
до последнего.
Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймешь, наверное,-
свистят они,
как пули у виска,
мгновения,
мгновения,
мгновения.

С.А. Есенин «Не жалею, не зову, не плачу…»?

Не жалею, не зову, не плачу,

Всё пройдёт, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым.

Ты теперь не так уж будешь биться,

Сердце, тронутое холодком,

И страна берёзового ситца

Не заманит шляться босиком.

Дух бродяжий! ты всё реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст.

О моя утраченная свежесть,

Буйство глаз и половодье чувств.

Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя? иль ты приснилась мне?

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

Все мы, все мы в этом мире тленны,

Тихо льётся с клёнов листьев медь...

Будь же ты вовек благословенно,

Что пришло процвесть и умереть.

 

В каких произведениях русской литературы звучит мотив быстротечности жизни и в чём эти произведения можно сопоставить со стихотворением С.А. Есенина «Не жалею, не зову, не плачу…»?

«Мотив быстротечности жизни у русских поэтов не очень востребован, но всё-

таки есть ряд произведений, в которых затронута данная тема. В стихотворении «Всё

мысль, да мысль!» Е.А. Баратынский, как и Есенин, рассуждает о прожитой жизни, о

смерти и, подобно Есенину, находит в душе силы для светлого взгляда на мир. Он

понимает, что смерть неизбежна и с этим нужно просто смириться. Стихотворение

Н.А. Некрасова «Муза» тоже показывает отношение поэта к неминуемой смерти, в нём рассказан весь жизненный путь поэта: «Не забывала свиристель в моей кроватке муза». Лирический герой хорошо понимает, что жизнь быстротечна, и представляет, чем закончится его жизнь».

ТЕМА СВОБОДЫ

 

К ЧААДАЕВУ А.С. Пушкин

Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
 

Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!

М. Лермонтов

Прощай, немытая Россия,

Страна рабов, страна господ,

И вы, мундиры голубые,

И ты, послушный им народ.

Быть может, за хребтом Кавказа

Укроюсь от твоих царей,

От их всевидящего глаза,

От их всеслышащих ушей.

1.Какая тема является ведущей в стихотворении? Кто из русских писателей обращался к этой теме в своем творчестве?

Ведущая тема стихотворения – свобода. Понятие «свобода» нельзя определить однозначно — это и соци­альная, и политическая, и философская, и морально-этическая катего­рия. И на разных уровнях своего развития человек по-новому опреде­ляет для себя содержание этого слова. Слово «свобода» и близкие по смыслу слова «вольность», «воля» — ключевые слова пушкинского «словаря». В стихах 1817-1819 гг. свобода становится предметом воспевания («хочу воспеть Свободу миру»).

В начале послания Пушкин говорит о том, что быстро исчезли надежды, которые возникли в обществе в первые годы царствования Александра I. Гнет «власти роковой» (ужесточение политики императором после войны 1812 года) заставляет людей передовых взглядов и свободолюбивых настроений с особой остротой чувствовать «призванье отчизны» и нетерпеливо ожидать «минуты вольности святой». Поэт призывает бороться за ее свободу. В конце стихотворения выражается вера в неизбежность падения самодержавия и в освобождение русского народа.

Тема свободы получила развитие в лирике М.Ю. Лермонтова, например. В стихотворении «Прощай, немытая Россия…»

Впервые в русской литературе в этом стихотворении прозвучало осуждение, неприятие не каких-либо отдельных сторон русской действительности, а всей николаевской России – «немытой» страны «рабов» и «господ». От политического и духовного рабства лирический герой стихотворения стремится не только к свободе, но и к воле – побегу «за стену Кавказа».

Тема свободы получила гражданское звучание в лирике Н.А. Некрасова. Например, в стихотворении «Железная дорога» он выражает уверенность в том, что народа обретёт свободу, «широкую, ясную грудью дорогу проложит себе».

2. В каких произведениях русских поэтов звучит тема внутренней свободы и в чём они созвучны стихотворению М.И. Цветаевой?

Свобода человека является одной самых актуальных тем в русской литературе. Она получила широкое отражение как в поэзии, так и в прозе. Особенно остро она прозвучала в романтической лирике начала XIX века.

Тема свободы получает философское отражение в стихотворении «Анчар». Перед нами развертывается философский символический пейзаж – гордая пустыня и древнее, ядовитое дерево Анчар. Оно смертельно опасно, живые существа обходят его стороной, в нем таится часть вечной стихии. Но в мире людей царит несвобода, рабство, принуждение, власть сильных над слабыми. В этом корень зла. Рабство убивает человека в моральном и физическом плане. Таким образом, анчар становится символом несвободы, господства насилия и рабства.

Несколько иначе тема свободы рассматривается А.С. Пушкиным в стихотворении «К морю». Лирический герой здесь обращается к свободной стихии, вверяет ей свои заветные думы. Душа творца и состояние моря напоминают друг друга в стихийности, непрерывном движении, поиске, свободе. Первая часть стихотворения представляет собой романтическое описание бушующего моря, во второй части поэт обращается к морю, возникает тема личности и судьбы, свободы и предопределенности, тема Наполеона.

Именно в жизни французского императора слились эти составляющие. Наполеон был свободен в своих действиях и решениях. Именно поэтому ему удалось добиться всемирной славы. При этом характер Наполеона напоминает лирическому герою «неукротимость, могущество, глубину» моря. В итоге, лирический герой подводит читателей к чувству неприятия условий, при которых подавляется личность человека: «Где капля блага, там на страже Уж просвещенье иль тиран».

Свобода – идеал устремлений и для М.Ю. Лермонтова. Недаром в стихотворении «Выхожу один я на дорогу» он утверждает: «Я ищу свободы и покоя». Общественная атмосфера тех лет подавляла духовную свободу человека. Поэтому свой идеал М.Ю. Лермонтов находил в стихии природы, вдали от светской суеты и лжи. Об этом свидетельствует поэма «Мцыри». Три дня, проведенные героем на воле, приравниваются к целой жизни: ощущение остроты бытия, счастья пронизывает всю поэму. Только свободный человек, по мысли поэта, может считаться счастливым. Даже бой с могучим барсом он воспринимает как часть свободного существования.

Именно поэтому вся композиция поэмы построена на антитезе: монастырь и свободная стихия природы. Умирая, Мцыри сожалеет о тусклой жизни старого монаха и просит похоронить его на стороне, обращенной к его родине, к природе. Судьба и свобода здесь нерасторжимы.

Мотивы жажды свободы присутствуют и в стихотворении М.Ю. Лермонтова «Жалобы Турка»(1829). Поэт написал это стихотворение, когда ему было всего 15 лет, но оно отличается редкой глубиной познания жизни. Здесь звучит страстная боль, горечь человека, который наблюдает страшную картину рабства, и, вместе с тем, страстный протест, негодование против этой несвободы. М.Ю. Лермонтов всегда призывал, прежде всего, к духовной свободе, возможности активного самостоятельного действия.

ОБРАЗ ГОРОДА

1.Какие ещё стихотворения русских поэтов, посвящённые городу, вам известны и как они соотносятся со стихотворениями Маяковского?

«Адище города»

 

Адище города окна разбили

на крохотные, сосущие светами адки.

Рыжие дьяволы, вздымались автомобили,

над самым ухом взрывая гудки.

А там, под вывеской, где сельди из Керчи –

сбитый старикашка шарил очки

и заплакал, когда в вечереющем смерче

трамвай с разбега взметнул зрачки.

В дырах небоскрёбов, где горела руда

и железо поездов громоздило лаз –

крикнул аэроплан и упал туда,

где у раненого солнца вытекал глаз.

И тогда уже – скомкав фонарей одеяла –

ночь излюбилась, похабна и пьяна,

а за солнцами улиц где-то ковыляла

никому не нужная, дряблая луна.

 

А. Блок

Город в красные пределы

Мёртвый лик свой обратил,

Серо-каменное тело

Кровью солнца окатил.

Стены фабрик, стёкла окон,

Грязно-рыжее пальто,

Развевающийся локон -

Всё закатом залито.

Блещут искристые гривы

Золотых, как жар, коней,

Мчатся бешеные дива

Жадных облачных грудей,

Красный дворник плещет вёдра

С пьяно-алою водой,

Пляшут огненные бёдра

Проститутки площадной,

И на башне колокольной

В гулкий пляс и медный зык

Кажет колокол раздольный

Окровавленный язык.

 

О. Мандельштам «Ленинград»

Я вернулся в мой город, знакомый до слёз,
До прожилок, до детских припухлых желёз.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,
Узнавай же скорее декабрьский денёк,
Где к зловещему дёгтю подмешан желток.
Петербург! Я ещё не хочу умирать!
У тебя телефонов моих номера.
Петербург! У меня ещё есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса́.
Я на лестнице чёрной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,
И всю ночь напролёт жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

ХХ век, ознаменовавшийся урбанизацией, то есть процессом повышения роли городов в развитии общества, внес свои коррективы в тематическое разнообразие. В поэзии не могла не появиться тема города. Александр Блок создал множество стихотворений о своем родном Петербурге, позже объединенных в цикл «Страшный мир». В стихотворении Блока город одушевлён, но при этом обездушен. У него есть лик, обращённый к солнцу, и тело, которое он окатил кровью солнца. Но лик оказывается мёртвым, тело безжизненным, серо-каменным. Мотив смерти задаётся уже в первой строфе: эпитет мёртвый и метафора кровь солнца заставляют читателя ужаснуться. Однако сама картина городского заката вызывает не только ужас, но и восхищение: обилие красного цвета завораживает и напоминает жертвоприношение. Город превращается в идола, которому и приносится жертва — солнце. Омывшись жертвенной кровью, идол оживает — Петербург приходит в движение, и всё в нём окрашивается в красно-золотые, огненные цвета, будто город, напившийся крови, теперь охватывается огнём. Город втягивается в сумасшедшую (возможно, ритуальную, как при жертвоприношении) пляску: движется всё, опьянённые кровью природа (пьяно-алая вода) и люди, скульптуры и здания. В эту вакханалию, оргиастический танец, втягивается даже церковный колокол. Не божественный колокольный перезвон наполняет Петербург, а гулкий пляс и медный зык.  Красота и ужас так слиты в этом произведении Блока, что их невозможно отделить друг от друга: ужас красоты или красота ужаса открываются читателю в этом образе Петербурга.

Не менее ужаснее выглядит город Маяковского. В этом городе все находится в постоянном движении, создавая неразбериху, пугая людей движениями и резкими звуками.

Многоэтажные дома со светящимися окнами вызывают у Маяковского чувство страха и брезгливости. Такие дома он именуют не иначе, как «сосущие светами адки». Редкие автомобили, только начавшие появляться на городских улицах, ассоциируются у поэта с «рыжими дьяволами», которые взрывают гудки «над самым ухом». Качествами живого существа, словно бы вырвавшегося из преисподней, автор наделяет и обыкновенный трамвай, который «с разбега взметнул зрачки», напугав до слез пожилого мужчину, обронившего возле магазина свои очки. Автор убежден, что в этом мире небоскребов, автомобилей и трамваев даже солнце напоминает раненое существо, у которого «вытекал глаз». И поэта охватывает непреодолимое чувство безысходности, когда он понимает, что не в состоянии ничего изменить. Город с его техническим прогрессом становится опасен для человека.

Композиция стихотворения Мандельштама строится на противопоставлении образов Петербурга и Ленинграда. Петербург детства противопоставлен Ленинграду взрослого человека. Оглядываясь по сторонам, Мандельштам пытается узнать прекрасный Петербург, но ничего дорогого из воспоминаний он не может разглядеть в новом городе, грязном, неуютном, проникнутом неуверенностью перед завтрашним днем и страхом перед днем настоящим. Петербург для поэта — это детство, друзья, культура, счастье. Ленинград — это кошмар, страх, насилие. Ленинград убивает Петербург, а вместе с ним и мир лирического героя. «Петербург, я еще не хочу умирать...".  Беспросветность и мрак говорят о гибели в городе живого начала, и город  угрожает жизни поэту. Мандельштамовское  «ещё не хочу умирать»  придаёт стихотворению смысл безысходности: телефон молчит, и это говорит о том, что не только город стал неузнаваемым — изменились сами люди: кто-то испугался и затих, кто-то приспособился, кто-то уехал, а кто-то и ушел из жизни. Но велика ли разница теперь между живыми и погибшими? Люди разобщены, живые как мертвецы.

Таким образом, мы можем сделать вывод, что все три стихотворения близки общей мыслью: большой город давит на человека, в нем теряется человеческое начало.

2. Какие стихотворения русских поэтов обращены к Петербургу и что их сближает со стихотворением О. Мандельштама "Я вернулся в мой город знакомый до слёз..."?

Наверное, в русской литературе будет сложно найти поэта или писателя, в чьей жизни Петербург не сыграл своей особой роли. "Северной Пальмирой" восхищались, её обожествляли и презирали, но равнодушным к ней не оставался никто. А.С. Пушкин в своей поэме "Медный всадник" обращается к Петербургу, городу величественному, гордому:

Громады стройные теснятся

Дворцов и башен; корабли

Толпой со всех концов земли

К богатым пристаням стремятся...

Поэт не  в силах сдержать своё восхищение, каждая строфа во вступлении к поэме пропитана гордостью за этот неповторимый город и любовью к нему:

Люблю тебя, Петра творенье,

Люблю твой строгий, стройный вид...

Возможно, именно такие чувства испытывал и Мандельштам к прежнему, дореволюционному, Петербургу — городу, открытому мировой культуре.

Анна Ахматова в своей поэме "Реквием" пишет уже о Ленинграде. Настроение поэмы очень близко стихотворению "Я вернулся в мой город, знакомый до слёз...". Героиня Ахматовой также не находит в городе живой души:

И мне не разобрать

Теперь, кто зверь, кто человек,

И долго ль казни ждать.

Страх и ожидание мучают её. Ленинград стал тюрьмой для тысяч русских людей: "И ненужным привеском казался тюрем своих Ленинград".

3. Какие стихотворения русских поэтов обращены к Петербургу и что их сближает со стихотворением О. Мандельштама "Я вернулся в мой город знакомый до слёз..."?

Петербург, средоточие культурных и политических течений России, жемчужина, созданная Петром, не могла оставить равнодушным русских поэтов. О Петербурге писали многие замечательные классики. В их произведениях можно выделить две диаметрально противоположные оценки Петербурга: город бюрократизма, сурового гранита, равнодушного к горю и страданиям простого человека, центр деспотии царской, а потом советской власти. Петербург им представлялся символом неволи и отчуждённости. С другой стороны, во многих стихотворениях русских поэтов Петербург - это олицетворение торжества русской культуры, величайший город России, поражающий простором для самореализации. Вот что писали о Петербурге поэты 13 века: "Мы град в тебе престольный видим ныне", а  это уже слова Пушкина: "Люблю тебя, Петра творенье, /Люблю твой строгий, стройный вид". Мандельштам же характеризует Петербург эпитетами: мрачный, чёрный. Для этого поэта Петербург - тюрьма. Подобные оценки встречались и у других поэтов. А.С. Хомяков писал о нем: "Здесь, где гранитная пустыня /Гордится мертвой красотой...". Таким предстаёт Петербург в творчестве Некрасова: "Пройдут года в борьбе бесплодной, /И на красивые плиты, /Как из машины винт негодный, /Быть может, будешь брошен ты?".

Одиночество в толпе

(поэт и народ)

Владимир Маяковский

НАДОЕЛО

Не высидел дома.
Анненский, Тютчев, Фет.
Опять,
тоскою к людям ведомый,
иду
в кинематографы, в трактиры, в кафе.
За столиком.
Сияние.
Надежда сияет сердцу глупому.
А если за неделю
так изменился россиянин,
что щеки сожгу огнями губ ему.
Осторожно поднимаю глаза,
роюсь в пиджачной куче.
"Назад,
наз-зад,
назад!"
Страх орет из сердца.
Мечется по лицу, безнадежен и скучен.
Не слушаюсь.
Вижу,
вправо немножко,
неведомое ни на суше, ни в пучинах вод,
старательно работает над телячьей ножкой
загадочнейшее существо.
Глядишь и не знаешь: ест или не ест он.
Глядишь и не знаешь: дышит или не дышит он.
Два аршина безлицого розоватого теста!
хоть бы метка была в уголочке вышита.
Только колышутся спадающие на плечи
мягкие складки лоснящихся щек.
Сердце в исступлении,
рвет и меНазад же!
Чего еще?"
Влево смотрю.
Рот разинул.
Обернулся к первому, и стало иначе:
для увидевшего вторую образину
первый -
воскресший Леонардо да Винчи.

Нет людей.
Понимаете
крик тысячедневных мук?
Душа не хочет немая идти,
а сказать кому?
Брошусь на землю,
камня корою
в кровь лицо изотру, слезами асфальт омывая.
Истомившимися по ласке губами
тысячью поцелуев покрою
умную морду трамвая.
В дом уйду.
Прилипну к обоям.
Где роза есть нежнее и чайнее?
Хочешь -
тебе
рябое
прочту "Простое как мычание"?
         Для истории
Когда все расселятся в раю и в аду,
земля итогами подведена будет -
помните:
в 1916 году
из Петрограда исчезли красивые люди.

«НАТЕ»

Через час отсюда

в чистый переулок

вытечет по человеку ваш обрюзгший жир,

а я вам открыл столько стихов шкатулок,

я - бесценных слов мот и транжир.

Вот вы, мужчина, у вас в усах капуста

где-то недокушанных, недоеденных щей;

вот вы, женщина, на вас белила густо,

вы смотрите устрицей из раковин вещей.

Все вы на бабочку поэтиного сердца

взгромоздитесь,грязные, в калошах и без калош.

Толпа озвереет, будет тереться,

ощетинит ножки стоглавая вошь.

А если сегодня мне, грубому гунну,

кривляться перед вами не захочется –

и вот я захохочу и радостно плюну,

плюну в лицо вам я

бесценных слов транжир и мот

Одно из наиболее ранних стихотворений Маяковского - "Нате!". Оно написано в1913 году. Маяковский неоднократно читал его на литературных вечерах футуристов. На этих вечерах многое было рассчитано на то, чтобы эпатировать публику. Этим отчасти и объясняется вызывающий характер некоторых сравнений и эпитетов. Однако резкость общего тона стихотворения обусловлена выраженным в нём чувством социального протеста, антибуржуазной направленностью. Маяковский ненавидит буржуазно-мещанскую толпу, которая пришла на вечер поэтов в поисках острых развлечений, обличает её уродство, пошлость, тупость. Это многоголовая толпа, сливающаяся в представлении поэта в сплошную безликую массу жира, враждебно его демократическому мироощущению. Маяковский сознаёт, что, обращаясь к этой толпе со стихами, он бесполезно растрачивает самое для него драгоценное - поэтическое слово. Мужчина с остатками обеда в усах, густо набелённая женщина, выглядывающая из своих нарядов, как бесформенная устрица из раковины, - все эти зажиревшие, бездушные обыватели готовы из праздного любопытства затоптать нежное, как бабочка, сердце поэта ("...на бабочку поэтичного сердца взгромоздитесь, грязные, в калошах и без калош..."). И они-то, эти обыватели, считают себя культурно-утончёнными, а поэзию Маяковского объявляют грубой, варварской! Тем лучше! Он не намерен угождать их пошлому вкусу: он открыто, прямо в лицо им, бросает свой стих, исполненный гнева и презрения.

Поэт одинок, и это состояние души является главной темой раннего творчества Маяковского:

В какой ночи, бредовой, недужной, какими Голиафами я зачат — такой большой и такой ненужный? Само состояние трагичности для поэта — разнопланово. С одной стороны, Маяковский показывает одиночество титана, некого надчеловека, который возвышается над всей безликой толпой. Он и презирает ее: Как трактир, мне страшен ваш страшный суд! А с другой стороны, поэт так же, как и его лирический герой, — человек одинокий, тоскующий и страдающий от этого. . Маяковский стремиться найти выход из этого положения, но не находит его: Время! Хоть ты, хромой богомаз, лик намалюй мой в божницу уродца века! Я одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека! Как душевное состояние самого Маяковского, так и все его творчество переполнено различными противоречиями: его лирический герой — многомерен, многопланов, он способен использовать и постоянно менять множество масок. Он с презрением заявляет, срываясь на крик: ...я захочу и радостно плюну, плюну в лицо вам я — бесценных слов транжира и мот
Маяковский в своем творчестве постоянно стремился найти среди многочисленной толпы хотя бы одну родственную душу, найти того, кто бы понял его. И это желание было недостижимым для поэта. А уж тем более он и не мечтает о том, чтобы быть понятым всей страной.

                                                           

ТЕМА ОДИНОЧЕСТВА

Одиночество
Михаил Лермонтов
 

Как страшно жизни сей оковы
Нам в одиночестве влачить.
Делить веселье - все готовы:
Никто не хочет грусть делить.
Один я здесь, как царь воздушный,
Страданья в сердце стеснены,
И вижу, как судьбе послушно,
Года уходят, будто сны;
И вновь приходят, с позлащенной,
Но той же старою мечтой,
И вижу гроб уединенный,
Он ждет; что ж медлить над землей?
Никто о том не покрушится,
И будут (я уверен в том)
О смерти больше веселится,
Чем о рождении моем...

Тема одиночества представлена в творчестве Лермонтова многогранно. В его стихах звучит грусть, тоска, обида, неудовлетворённость собой, обществом, судьбой, политической обстановкой в стране. Но при всём этом в стихотворениях поэта нет одного – равнодушия к жизни. Вся поэзия Лермонтова воспринимается как его лирический дневник, в котором он откровенно рассказывает о себе.  В свой самый ранний период творчества Лермонтов раскрывал тему одиночества традиционно. Юный поэт, подражая Байрону, противопоставлял лирического героя серой и бездушной толпе. А в стихотворении «Нет, я не Байрон … », которое стало программным, не только дал свой лирический портрет, но и предсказал свою судьбу:

Нет, я не Байрон, я другой,

Ещё неведомый избранник,

Как он, гонимый миром странник,

Но только с русскою душой.

Однако уже в 1830 году в стихотворении «Стансы» появляется неожиданное звучание:

Я к одиночеству привык…

Так зазвучала характерная только для Лермонтова трактовка темы одиночества. Непонимание окружающим миром поэт воспринимал не клеймом проклятия , а знаком высокого избранничества. Одиночество он избрал добровольно как единственно возможное состояние своей души. В стихотворении « Пророк » появляется запоминающийся образ осмеянного и всеми презираемого пророка. В произведении «Выхожу один Я на дорогу … » лирический герой одинок уже перед целым миром – перед вселенной. Здесь отчётливо звучат мотивы одинокого странничества, полной душевной опустошённости, тоскливого отчаянья. 

 

И. Бунин «Одиночество»

И ветер, и дождик, и мгла
Над холодной пустыней воды.
Здесь жизнь до весны умерла,
До весны опустели сады.
Я на даче один. Мне темно
За мольбертом, и дует в окно.

Вчера ты была у меня,
Но тебе уж тоскливо со мной.
Под вечер ненастного дня
Ты мне стала казаться женой...
Что ж, прощай! Как-нибудь до весны
Проживу и один — без жены...

Сегодня идут без конца
Те же тучи — гряда за грядой.
Твой след под дождем у крыльца
Расплылся, налился водой.
И мне больно глядеть одному
В предвечернюю серую тьму.

Мне крикнуть хотелось вослед:
«Воротись, я сроднился с тобой!»
Но для женщины прошлого нет:
Разлюбила — и стал ей чужой.
Что ж! Камин затоплю, буду пить...
Хорошо бы собаку купить.

Александр Блок. Стою у власти, душой одинок.
Стою у власти, душой одинок,
Владыка земной красоты.
Ты, полный страсти ночной цветок,
Полюбила мои черты.
Склоняясь низко к моей груди,
Ты печальна, мой вешний цвет.
 

Здесь сердце близко, но там впереди
Разгадки для жизни нет.
И, многовластный, числю, как встарь,
Ворожу и гадаю вновь,
Как с жизнью страстной я, мудрый царь,
Сочетаю Тебя, Любовь?

 

“Отговорила роща золотая…” С. Есенин В стихотворении «Отговорила роща золотая» Есенин сравнивает свое одиночество с природой, которая готовится в зимней спячке. При этом он отмечает, что каждый человек, став взрослым и покинув отчий дом, становится вечным странником и заложником этого чувства, которое заставляет его совершать пустые и необдуманные поступки,. Но автор не жалеет об этом: «ничего в прошедшем мне не жаль»

«Одиночество» М.Ю. Лермонтов Пожалуй, наиболее часто в своем творчестве к теме

одиночества обращался поэт Михаил Лермонтов, для которого подобное состояние души стало

привычным и почти естественным. Поэтические образы, создаваемые им, нередко являются

одинокими странниками, которые порой и сами не знаю, куда держат свой путь. Однако в

стихотворении «Как страшно жизни сей оковы» Лермонтов открыто, без метафорических

сравнений, рассуждает на тему одиночества, отмечая, что радость и веселье с человеком

готовы разделить многие, а грусть и печаль – никто.

«Одиночество в любви» Д. Мережковский. Для некоторых поэтов

одиночество является синонимом отсутствия любви. Именно это чувство дает возможность

человеку в полной мере ощущать себя счастливым. Когда любовь уходит, то в душе

селится пустота. И даже если тот, кто еще недавно был самым близким и родным

человеком, по-прежнему находится рядом, его уже не существует в твоем мире, наполненном

печалью и тоской. Именно этим чувствам посвятил свое стихотворение «Одиночество в

любви» поэт Дмитрий Мережковский. В его понимании любовь – это вечный поединок, в

котором идет борьба за свободу. И тот, кто выходит из него победителем, получает в награду

одиночество. «Я жил один, один умру», — пишет поэт, утверждая, что только смерть сможет

научить людей любить без оглядки, открыто и по-настоящему.

Опубликовано в группе «Литература ЕГЭ»


Комментарии (4)

Людмила Сергеевна, 23.05.16 в 12:26 0 Ответить Пожаловаться
Прекрасный материал! Спасибо!
Чтобы написать комментарий необходимо авторизоваться.